Ублюдок.
Если было недостаточно того, что Ева сказала, что у меня есть чувства к Наталье, теперь и этот сукин сын намекает, что она мне нравится.
Нравится ли мне Наталья?
Я провожу рукой по шее, медленно поднимаясь к мужскому общежитию, которое находится отдельно от главного здания.
Идея мне чужда, и все же я не могу отрицать, что ненависть, которую я испытывал к ней, постепенно трансформировалась и менялась.
С годами это превратилось во что-то зловещее. Я морщусь, вспоминая, как в десятом классе зашел слишком далеко и ударил ее ножом в ногу.
Мой гнев из-за смерти матери был выплеснут на неё, потому что она была единственной отдушиной, которая у меня осталась.
В моих глазах Братва Гурина была причиной, по которой я оказался здесь, но, как выяснилось, я сильно ошибался.
Теперь я не знаю, что чувствую по поводу всего этого.
Вину, может быть. Так как даже если братва и была бы причиной маминой смерти, Наталья всегда была невиновна во всем этом.
И мое влечение к ней было очевидным уже несколько лет. Сначала это вызывало у меня отвращение, но теперь я начинаю понимать, что, возможно, и Риццо, и Ева правы.
Я хочу Наталью самым первобытным образом, и это опасно. Чувства не могут быть частью сделки. Нет, если я собираюсь сломать ее так, как всегда хотел, но внезапно эта перспектива становится менее желанной, чем когда-либо.
— Элиас! — Ник зовет меня по имени, подбегая ко мне. — Я везде тебя искал.
Я пожимаю плечами.
— Извини, у меня были кое-какие дела.
Он качает головой.
— Роза только что порвала со мной.
Я поднимаю бровь.
— Она порвала с тобой? — Спрашиваю я, с трудом веря в это.
У Розы нет хребта, поэтому трудно представить, как она может противостоять Нику.
Он кивает.
— Да, мы не ссорились или что-то в этом роде. Она просто повернулась и сказала мне, что все кончено.
— Самое время, — говорю я.
Его брови хмурятся.
— Что?
— Ты всегда был с ней гребаным мудаком, Ник. Чего ты ожидал?
Его челюсть сжимается, и он выглядит так, словно хочет оторвать мне голову.
— Я ожидал, что она будет делать то, что ей говорят, и заткнется нахуй.
Я смеюсь.
— Русские. Вы, ребята, просто не знаете, как обращаться с женщиной.
— А ты знаешь? — Спрашивает Ник со скептическим видом.
— Если я хочу девушку, я знаю, как с ней обращаться, да.
Это ложь, потому что совершенно ясно, что, несмотря на мое отрицание, я хочу Наталью. И я определенно не обращался с ней должным образом.
— Как скажешь. Ты идешь на ужин?
Я бросаю взгляд на здание общежития, а затем обратно в сторону академии. Сегодня я держался на расстоянии от Натальи.
Хотя краем глаза заметил, как поникли ее плечи, когда проходил мимо нее по коридору, и даже не посмотрел.
Хочет ли она, чтобы я говорил с ней?
— Да, конечно, — отвечаю, хотя и не голоден.
Ник идет рядом со мной до главного здания, а затем в кафетерий, который все еще переполнен.
Я тяжело сглатываю, когда мои глаза, как чертов магнит, притягиваются к столику Натальи. Где она до сих пор сидит с Камиллой и Адрианной.
Оторвав от нее взгляд, я хватаю поднос и беру свою еду, а затем сажусь на наше обычное место спиной к ней.
Как, блядь, я буду разбираться со своим маленьким питомцем теперь, когда все стало намного сложнее?
— Ты можешь поверить Еве? — Спрашивает Джинни, качая головой. — Этой сучке чертовски повезло.
Я поднимаю бровь.
— Повезло заполучить член старика? — Спрашиваю я.
Ник и Алекс смеются над этим.
Джинни сверкает глазами.
— Мужчины постарше всегда делают это лучше, потому что у них есть опыт и они знают, что делают.
Я качаю головой и подшучиваю над ней.
— Я покажу тебе опыт.
Щеки Джинни вспыхивают.
— Не будь мудаком, Элиас.
— Опыт приходит не только с возрастом, — говорит Риццо, его взгляд перемещается на Розу, которая молча сидит напротив.
Она не смотрит на Ника, который не сводит с нее глаз с тех пор, как сел.
Ник прочищает горло.
— Какого хрена ты сидишь за этим столом, Роза?
Она внезапно поднимает голову, глаза расширены.
— Я всегда сижу здесь.
— Да, потому что ты была моей девушкой, но больше нет. — Его челюсть сжимается, голубые глаза горят яростью. — Так что отвали.
Анита и Керри выглядят так, словно хотят что-то сказать, но если и есть что-то, что я узнал об этих двух девушках за все годы, так это то, что они чертовски бесхребетные.