— То есть ты мне не доверяла? — хмуро уточнил Винсент, оправив белые манжеты на рубашке.
— Нет! Это не так! Ты же знаешь, я все рассказывала. Ты даже знал, что я хожу в ту библиотеку!
— Но не в закрытую часть!
— Пожалуйста, не злись... — я несмело подняла взгляд на него и ощутила угрызения совести. А ведь я на самом деле никогда ничего от него не скрывала, как и он. Только это.
— Я не злюсь, — искренне ответил Винсент. – Разочарование, обида – да, но уж точно не злость. И знаешь, я даже могу понять твои причины, но внутри все равно неприятно. Ведь от тебя я никогда ничего не скрывал.
Как же не вовремя проснулась во мне совесть. Из-за нее я чувствовала себя виноватой. И как исправить возникшую ситуацию не знала.
— Больше не скрывай от меня ничего, — решительно произнес брат и уже более тихо добавил: — Однако забыть этого я не смогу.
Медленно поднялся.
— Винсент! Подожди! Я…
Он ушел, даже не обернулся, оставляя меня у источника одну. Хэрд! Почему все вышло так?! И ведь я же знаю его. Правда не забудет. Будет дуться и копить обиду! Надо что-нибудь придумать. Но что?
Я зажмурилась, подставляя лицо теплым дневным лучам солнца и прислушиваясь к мелодичному пению птиц, тихому шелесту листвы.
5 глава. Вечерние занятия
— Меня искала? — удивленно спросила Жазель, когда я подсела к ней, как обычно одиноко сидящей за дальним столиком у окна.
Уже пошла третья неделя, её нахождения здесь — а друзей все не завела. И это легко объясняется характером моей подопечной.
— Ты ведь уже не обязана за мной смотреть! – напомнила девушка, нервно затеребив левой рукой кончик длинной светлой косы.
— Зато за мной должок. Ты же не думала, что я закрою глаза на твою жалобу и на мои изрядно потрепанные тобой нервы?
— Будучи первогодкой, кое-кто был не лучше! — с вызовом заявила Жазель.
— А тебе знать откуда?
Сказал кто?
— Неважно! – девушка безразлично повела плечами. — Говори, что хотела.
— Не кажется ли Вам, обиженная моя подопечная, что Вы много лишнего себе позволяете? — разозлилась я.
Она еще так обращаться ко мне будет?!
— Я позволяю себе ничуть не больше, чем ты когда-то...
Внезапно возникшая мысль промелькнула в голове ярким светом догадки.
— Знаешь Оликса?
— Даже больше, — она наконец оторвалась от тарелки каши и подняла на меня высокомерный взгляд. — Я его сестра!
Н-да! Упс… это многое объясняет.
— Что же, не буду слишком серчать, так и быть. Вряд ли мы с тобой станем еще пересекаться. Но запомни: еще одно поползновение в мою сторону и я не стану терпеть твоё вранье.
— Что ты можешь? — первогодка насмешливо фыркнула. — Я вот в любое время имею право пожаловаться.
— Могу сделать из тебя подопытный образец для некромантов с нижних этажей. Да так, что о тебе никто и не вспомнит!
Я поднялась, показывая — разговор окончен.
— Брату привет! Он, по-видимому, все такой же трус и слабак, если младшей сестренке нажаловался.
На ее злой взгляд я не обратила никакого внимания, поспешив на встречу к Эйдару. Он обещал с сегодняшнего дня начать мое обучение, а договаривались мы встретиться в южной части яблоневого сада. В отличие от меня сокурсник был пунктуален, поэтому когда я прибежала, Эйдар ждал, недовольно скрестив руки на груди. Впервые я видела его не в форме, а в обычной одежде: белый свитер под горло и темные штаны. Без сюртука он выглядел как-то не так габаритно: плечи меньше казалось. И, честно признаться, так ему было гораздо лучше!
— Опаздываем? — внимательный взгляд из-под светлых густых бровей.
— Были дела.
— Впредь не опаздывай! Ждать не стану.
— Да-да, — не хотелось спорить. — С чего начнем?
— С того, что ты покажешь все, что умеешь.
— И как?
— Непонятно? Я активирую различные заклинания трех уровней. А ты расскажешь все что видишь, чувствуешь, слышишь. В общем все.
— Начинай! — Размяла руки и предвкушающе улыбнулась.
Меня окутало мягкое приятное тепло с ароматом кофе и шоколада. Присмотревшись, увидела силовые потоки темно-коричневых и бежевых цветов. Сильные, почти не забирала резерва. Казалось, магия идет прямо из воздуха, а не от Эйдара. Мне даже немного завидно стало, что ему не надо использовать свой резерв.
Полностью рассмотрев, окружающую меня силу, подробно описала увиденное, упустив свое мнение по поводу таких возможностей.
— Что и требовалось доказать. Ты видишь и чувствуешь. Но воспользоваться этим никак не можешь.