Там за дверью скрылся Ксандр.
Я осязаю его кожей, мышцами, внутренностями и костями.
Мне кажется, что я чувствую даже его ровное сердцебиение и медленные вдохи и выдохи.
Он делает вдох, и я тоже набираю в легкие воздух.
Его сердце отбивает удар, и мое вторит ему.
Он сглатывает, и я сглатываю.
Когда он постукивает пальцами по столешнице, то его пальцы будто касаются меня.
Зажмуриваюсь, и я возвращаюсь в реальность с тяжелыми перывистым дыханием.
Приглаживаю волосы, до боли оттянув их назад, и на цыпочках торопливо убегаю в спальню.
Закрываю дверь, приваливаюсь к ней спиной и касаюсь шеи, на которой выступила мелкая испарина. Что это было?
Я будто на несколько секунд слилась с Ксандром в одно целое. Будто оказалась под его кожей, в его легких и сердце.
А он это почувствовал?
Пугливо выглядываю в коридор и прислушиваюсь к тишине в ожидании громких и требовательных приказов, но Ксандр молчит.
Кусаю губы и бесшумно прикрываю дверь.
Для меня появление Мелисы может стать спасением и надеждой на то, что Ксандр отпустит меня после ужина с родителями будущей жены.
Они должны пристыдить его. Разве можно изменять Истиной? То, что творит Ксандр сейчас, и для оборотней оскорбительно.
Скрываюсь в ванной комнате.
Кидаю взгляд на овальную ванну, которая кажется мне знакомой. Ксандр купал меня в ней после того, как проткнул руку ножом и отправил в обморок щелчком пальцев.
Я вновь чувствую его влажные руки на груди, талии и бедрах. Он целует меня в шею…
Встряхиваю волосами, отгоняя размытые видения, и прячусь в стеклянной душевой кабине.
Я должна быть рада тому, что Ксандр сейчас не заинтересован в новых унижениях, издевательствах и насилии. Я должна сказать Мелисе, что она отрезвила его своим появлением и напомнила, что у него есть обязательства перед будущей женой.
Подставляю лицо под горячие струи воды и выпускаю из себя весь воздух, чтобы затем вновь глубоко вдохнуть через нос.
Закрываю глаза, провожу руками по лицу, шее и груди, и вновь чувствую Ксандра через бетонные стены.
Наше дыхание становится общим, биение двух сердец сливается единые удары, и чувствую, как кровь бежит по его венам.
Он напрягается.
Неужели ощутил меня?
Прижимает пальцы к вискам, массирует их, откинувшись на спинку, и закрывает глаза.
— Ксандр, — шепчу я.
Я хочу проверить, услышит ли он меня? Да, я поступаю безрассудно, но я хочу понять, что сейчас происходит: это игры разума или этой ночью под луной между нами натянулась невидимая связь?
Но Ксандр не слышит меня. Он давит на виски сильнее и с закрытыми глазами хмурится от острой боли, что пробивает его голову ото лба до затылка.
Рычит.
Его рык отзывается в моей груди низкой вибрацией, которая вырывается из меня глухим урчанием.
Меня рывком затягивает в темноту. Я слышу мысли Ксандра, они неразборчивые, быстрые, резкие и острые. Я не могу их разобрать, они прошивают мой мозг обжигающими импульсами боли, и среди них я чувствую черную и свирепую решимость.
Ксандр хочет от меня избавиться.
С криком раскрываю глаза, захлебываюсь горячей водой и оседаю на мокрый кафель.
— Нет… — кашляю и пытаюсь выровнять дыхание. — Ты так не поступишь со мной…
16
Ксандр швыряет в меня белой шелковой сорочкой. Я недоуменно ее ловлю и прижимаю к груди.
— Вернусь, — злобно щурится, — встретишь меня в этом у порога и на коленях.
Исчезает в гардеробной комнате, что спряталась за стеновой панелью напротив панорамных окон спальни.
Торопливо натягиваю на себя сорочку. Едва попу прикрывает, но я рада хотя бы тому, что Ксандр позволил мне хоть немного спрятаться под тонкой тканью.
Интересно, почему он так смилостивился?
Нагота помешает ему после ужина с будущими тещей и тестем избавиться от меня? Голая грудь и попа отвлечет от планов свернуть мне шею, как моему отцу? И почему он тянет?
Прибил бы сейчас? Или он хочет напоследок оттрахать меня во все щели, а потом только придушить? Или в процессе придушит?
Он же извращенец.
Выходит из гардеробной в черных брюках и накидывает на плечи белоснежную рубашку. Мышцы под кожей от каждого его движения бугрятся и медленно перекатываются, а я от этого вида зло раздуваю ноздри.