Что ели бы он стал ухаживать, и я приняла эти ухаживания.
Сейчас я уже не так сильно стремлюсь быть лучшей, умницей и красавицей как раньше.
А все просто раньше я хотела заслужить любовь мамы. Очень сильно хотела. А после того, как она в тот момент, когда я нуждалась в ее поддержке сказала, что я должна держаться за своего «тюремщика». Я в ней разочаровалась, что ли.
И у меня нет желания получать ее одобрение сейчас.
И сейчас бы, наверное, я обратила внимание на Марка, уже обратила. А если бы сейчас он снова стал ухаживать, то навряд ли отшила.
Но проблема в том, что он не ухаживает. Он меня игнорирует, а иногда появляется.
Но сколько бы я не думала, я понимала, что как раньше не будет. Раньше Марк брал нахрапом, а сейчас такого нет, и я не знаю, как быть с этим новым Марком.
А может стоит попробовать?
Попробовать что?
Мне было стыдно даже себе признать в том, что я хочу попробовать. А уж перед ним, это просто подтвердить, что он будет прав и я приду к нему сама.
Так хватит.
Как будет так будет.
Я встала взяла мыльные принадлежности и поплелась в душ в нашей коммуналке.
Когда-то я жила в элитном районе, и у меня было все что я пожелаю, но не сейчас.
Я включила воду, которая еле бежала из лейки, так еще и прохладная, потому что, чтобы горячая вода потекла, нужно было, чтобы она пробежала минут двадцать.
Приняв душ, вернулась в комнату, и стала раскладывать учебники, полчаса сидела над ними, и словно ничего не понимала.
Встала, оделась и решила прогуляться на улице, может голова проветрится, и я смогу нормально сделать задания.
Вышла из подъезда, и пошла в сторону ближайшего мини-парка, вставила наушники в уши, и слушала музыку.
Я шла медленно, смотрела под ноги, не поднимала головы.
Мысли всё равно лезли в голову. Марк, его взгляд, та девушка в кофейне, его слова: «Она никто».
Почему он не появляется? Почему не пишет? Почему не звонит?
Хотя о чём я?
Я сама хотела, чтобы он отстал.
Вот он и отстал.
Дура.
Я подняла голову и замерла.
Он сидел на скамейке в конце аллеи.
Чёрное пальто, руки в карманах, смотрел прямо на меня.
Сердце ухнуло вниз.
Что он здесь делает?
Я хотела развернуться и уйти. Но ноги не слушались. Снова. Как всегда, когда рядом он.
Он не вставал. Не звал. Просто смотрел.
Ждал.
Я сделала шаг. Потом ещё один. Подошла ближе.
Остановилась в двух метрах.
— Ты следишь за мной? — спросила я. Голос прозвучал глухо, недоверчиво.
— Нет, — ответил он. — Я здесь живу.
— Здесь нет отелей.
— Есть квартира. Я купил её на прошлой неделе.
Я моргнула.
— Ты купил квартиру рядом с моим домом?
— Да.
— Зачем?
Он пожал плечами.
— Чтобы быть рядом. Не следить — быть.
Я хотела сказать что-то едкое, но слова застряли в горле.
— Сядь, — сказал он, кивнув на скамейку.
— Не хочу.
— Боишься?
— Нет.
— Тогда сядь.
Я села. На другой конец скамейки. Подальше от него.
Он усмехнулся, но ничего не сказал.
Мы молчали. Я смотрела на дорогу, он — на меня. Я чувствовала его взгляд кожей.
— Лера, — сказал он наконец.
— Что?
— Я хочу предложить тебе работу.
Я повернулась к нему.
— Что?
— Работу, — повторил он. — В моём отеле.
— У тебя отель? В Питере?
— Да. Я купил его месяц назад.
Я смотрела на него и не верила своим ушам.
— Ты купил отель в Питере? Зачем?
— Бизнес, — ответил он спокойно. — Питер — хороший город для гостиничного бизнеса.
— И ты решил заняться этим именно здесь? Где живу я?
Он не ответил. Просто смотрел.
— Марк, это не совпадение.
— Я и не говорю, что совпадение.
— Тогда зачем?
— Я хочу, чтобы ты была рядом, Лера. Не в моей постели. Не в моей квартире. Просто рядом.
— Зачем?
— Потому что без тебя мне... Ты хочешь, чтобы я сказал это вслух? Хорошо. Без тебя мне плохо, Лера. Я не сплю. Я не ем. Я думаю о тебе каждую секунду.
Я смотрела на него и не могла вымолвить ни слова.
Он никогда не говорил так раньше.
Никогда.
— Я не прошу тебя возвращаться, — продолжил он. — Я не прошу прощать. Я предлагаю работу. Юристом. В моей компании. Хорошая зарплата. Нормальный график. Никаких личных отношений, если ты не захочешь.
— Ты серьёзно?
— Я никогда не шутил с тобой, Лера.
Я замолчала.
Он смотрел на меня.
Не как раньше — хищно, голодно. По-другому. Жадно. Будто я была единственной женщиной на земле.
— Я подумаю, — сказала я.
— Хорошо.
Он кивнул, встал и пошёл прочь.
— Марк, — окликнула я.