— Марк, — позвала я.
— М?
— Ты будешь меня охранять? Даже когда я сплю?
— Всегда, — ответил он.
— И следить?
— И следить, — согласился он.
— Хотя бы не говори мне об этом.
— Хорошо, — он поцеловал меня в висок. — Буду молчать.
Я улыбнулась и провалилась в сон — глубокий, спокойный, без сновидений. Впервые за долгое время.
А когда проснулась утром, он уже не спал. Сидел рядом, смотрел на меня. В серых глазах было что-то такое, от чего я поняла — всё правильно. Всё, что было, всё, что будет, — правильно. Потому что мы выбрали друг друга. Не с первого взгляда. Не с первого поцелуя. Но выбрали. И это было важнее любых обещаний.
— Доброе утро, — сказал он.
— Доброе утро, — ответила я. — Ты смотрел на меня, пока я спала?
— Да, — сказал он без тени стыда.
— Долго?
— Всю ночь.
Я усмехнулась.
— Ты ненормальный.
— Твоя ненормальность, — ответил он.
Я потянулась, поцеловала его в уголок губ. И впервые за долгое время почувствовала — всё будет хорошо. Не гладко, не сладко, не правильно. Но хорошо. Потому что мы вместе. И потому что я больше не хочу быть нигде, кроме как здесь. Рядом с ним.
Глава 33
Это началось незаметно. Как ржавчина на металле — сначала тонкая, почти невидимая полоска, а потом она разрастается, проедает насквозь, и ты уже не можешь понять, где кончается целое и начинается разрушение.
Первой заговорила Лена.
Мы сидели в столовой в обед, я ела суп и слушала её рассказ о выходных, о том, как она ходила в кино с подругой и как им попался странный таксист, который всю дорогу рассказывал про инопланетян. Я кивала, улыбалась, но мысли были далеко — вчерашний вечер, его квартира, его руки на моей талии, его голос, когда он говорил «спокойной ночи».
— Лер, — Лена понизила голос, наклонилась ко мне ближе. — Ты только не обижайся, ладно? Я просто спросить.
— Спрашивай, — сказала я, не чувствуя подвоха.
— Вы с Марк Геннадьевичем… ну… это правда?
— Что — правда? — я не поняла.
— Ну, вы встречаетесь, что ли? Девчонки болтают, что ты к нему домой ездишь.
Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Внутри всё сжалось — не от страха, от неожиданности. Я думала, мы скрываемся. Думала, никто не замечает. Но, видимо, когда начальник приносит подчинённой кофе по утрам, а та оставляет на его столе контейнеры с едой, это трудно не заметить.
— Это не их дело, — ответила я.
— То есть правда? — Лена округлила глаза.
Я молчала. Потому что не знала, что сказать. Потому что «встречаемся» — слишком простое слово для того, что между нами. Потому что я сама не знала, как это называть.
— Лер, ты осторожнее, — сказала Лена тихо. — Он же начальник. А люди злые. Найдут, что сказать.
Она не договорила, но я поняла. «Спит с начальником, вот и взяли». «Место получила по блату». «Конечно, куда такой, как мы?»
Я доела суп молча, поблагодарила Лену за компанию и поднялась к себе.
За столом в приёмной я села, уставилась в монитор и долго не могла работать. Слова Лены застряли в голове, как заноза. Я знала, что она не хотела сделать больно. Она хотела предупредить. Но от этого было не легче.
***
Через два дня я услышала сама.
Возвращалась из типографии после обеда, шла по коридору отеля, когда из подсобки за углом донёсся приглушённый женский голос. И своё имя.
— Я тебе говорю, она с ним спит. А ты думала, почему её сразу взяли? У неё же опыта — кот наплакал. А он её юристом, представляешь? Не кем-нибудь, а юристом.
— Да ладно, — второй голос, скептический. — Может, она правда умная.
— Умная? — первый голос фыркнул. — Да она договоры путает. Ирина рассказывала. А он её прикрывает, потому что…
Дальше я не стала слушать.
Я развернулась и пошла к лифту. Не в кабинет. Не к нему. Просто — прочь. Потому что если бы я зашла в ту подсобку, я бы не знала, что сделаю. Ударю? Наговорю гадостей? Расплачусь? Всё сразу.
Я вышла на улицу. Села на скамейку у входа. Достала телефон, посмотрела на него. Написать ему? Сказать, что я слышала? Что мне больно? Что я хочу уволиться, чтобы не быть для всех этой самой «той самой»?
Но я не написала. Потому что он не виноват. Потому что он предупреждал. Потому что он сказал в первый же день: «Если хочешь уйти — уходи, я не остановлю». А я не ушла. Я сама выбрала. И теперь должна отвечать за свой выбор.
***
Вечером я пришла в его квартиру позже обычного.
Он сидел на диване, работал с ноутбука. Поднял голову, когда я вошла.
— Ты бледная, — сказал он. — Что случилось?
— Ничего, — ответила я.
— Врёшь.
Я не ответила. Скинула пальто, прошла на кухню, налила себе воды. Сидела на табуретке, сжимала стакан, смотрела в стену.