Исполнитель переступает ближе к нескольким еще живым викингам и вопросительно смотрит на ярла. Обезглавленные трупы сидят на залитом кровье бревне.
– Храни тебя Один, Харальд, – улыбается первый в очереди и командует исполнителю: – Ну!
– Развяжите их, – приказывает ярл. – Мне понравился один из них.
Он протягивает руку. В руку вкладывают меч Харальда. Он протягивает его Харальду со словами:
– Он твой. И я предлагаю вам с ним служить мне, – и после паузы и взгляда добавляет, – пока ты не вошел в силу.
– Сколько будет стоить мой отказ?
– Их жизни. – Ярл кивает на троих оставшихся в живых викингов.
– А мое согласие?
– Мою дружбу. И честную долю в добыче.
– Мои люди будут подчиняться мне, – говорит Харальд.
– Это справедливо. А ты – мне.
– Это справедливо. Пусть будет так.
21. И вот они уже пьяны в попойке – на том же месте, где сутки назад, и такая же бычья туша на гигантском вертеле над костром, те же бочонки и чаши вкруговую и отблески костра на лицах, и искры, улетающие во тьму.
– Ты бы действительно убил их? – негромко спрашивает Харальд ярла.
– Нет. А ты бы действительно отказался идти ко мне?
– Нет. Почему ты подарил мне жизнь? В Норвегии много храбрых людей.
– Я чувствую в тебе удачу. Боги любят тебя.
В кармане своих кожаных штанов Харальд машинально нащупывает палочку и вытаскивает – это его давешний белый жребий. Смотрит на него в свете костра и прячет обратно…
Монастырь
22. Драккар под красным квадратным парусом в сером бескрайнем море.
23. На палубе один из викингов, правя бруском лезвие меча и пробуя его пальцем, говорит другому:
– В монастырях много золота и серебра.
– А воинов нет совсем, – отвечает тот мечтательно.
24. С шипением и треском днища по гальке драккар врезается в берег. Парус падает. Расхватывая висящие по бортам щиты – круглые, деревянные, раскрашенные – викинги сыпятся на берег.
25. Каменный монастырь – смесь церкви с небольшой крепостью – стоит на холме. Ворота поспешно закрываются.
Викинги, сверкая оружием, набегают с ревом.
Стрелы со стуком втыкаются в сходящиеся створки ворот, окованные железными полосами. Пронзенные, падают один и второй монахи, не успевшие закрыть их. Нападающие массой наваливаются на ворота, растворяют, текут во двор.
Падают под ударами монахи в черных рясах.
Нападающие сдирают оклады с икон, вытряхивают Святые Дары из дароносицы, разворачивают на просмотр и суют за пазухи изукрашенные парадные облачения.
В погребе вышибают днища из винных бочонков и пьют.
Пылает кровля.
26. Ярл и Харальд в башне, на винтовой лестнице перед запертой дверцой в часовню.
Ярл бьет раз и еще секирой, дверь разваливается.
Высокий седой старец с посохом, настоятель, пытается остановить их проклинающим жестом.
От сотрясения разбившего дверь удара еще колеблется лампада на краю полочки под иконой – и падает на каменный пол, масло из нее растекается.
Ярл делает шаг вперед и взмахивает секирой, чтоб раскроить череп настоятелю – но пяткой поскальзывается на разлившемся масле и падает навзничь, цепляясь за высокий порог сзади – и затылком на крутые каменные ступени. Безвольно съезжает вниз и замирает – красная лужица расходится под затылком.
Харальд смотрит ошеломленно.
– Всемогущ Господь! – торжествующе каркает старец, осознав происшедшее, и вздымает руку. – Кто осилит волю его?
Харальд осторожно переступает через масляную лужу и взмахом меча сбивает кресты и иконы со стен.
– Я, – отвечает он.
И в этот миг на старце вспыхивает снизу одежда – загорается на полу масло из упавших лампад.
Харальд оглядывается на лежащего внизу лестницы ярла и говорит горящему все обширнее старцу:
– Он уже в пути к Одину. Ступай и ты к своему богу.
Вынимает из его руки посох, выходит и закрывает на посох, вдев его в наружные петли по бокам дверцы, эту разбитую дверцу, оставляя старца в огне.
В набалдашнике посоха рдеет крупный рубин. Харальд выковыривает его мечом и зажимает в мертвую ладонь ярла:
– Это не цена за мою жизнь… но возьми.
И выходит из загорающейся башни.
27. Вечерний пир на берегу. Догорающий монастырь.
– Хороший погребальный костер у нашего ярла, – говорит один викинг.
– Это правда, что монах загорелся, когда ты посмотрел на него? – спрашивает другой Харальда.
– Я не знаю, отчего он загорелся. Но я посмотрел, и после этого он стал гореть.
– Ты лжешь, – говорит третий. – Только великий волшебник мог бы это.
– Вспомни, как мы спаслись, – возражает ему один из тех, кто спасся с Харальдом в кораблекрушении. – Боги дали ему большую удачу.