Каблуки втыкались в землю, что весьма серьезно мешало бежать. Внезапно, чьи-то горячие руки схватили меня, обернув к себе и звонко ударив по лицу, откинув в травяную чащу. Я ухватилась руками о траву, моля Всевышнего о пощаде.
- Почему ты променяла меня на отца? Чем я хуже его? – перевернув на спину, стал покрывать шею поцелуями.
- Отпусти меня, ради Аллаха! – простонала умоляюще я, пытаясь отпихнуть от себя его тело.
Он поднял мои руки вверх над головой, рыская ладонью по моему телу, не слыша моих жалостных всхлипов. От безнадежности ситуации хотелось выть волком.
- Наши отношения закончились два года назад! Отпусти, умоляю! – решила напомнить я в надежде, что его это вразумит.
- Ещё тогда ты меня променяла на Америку, а теперь на отца! Но я тебе не разменная валюта. Со мной так нельзя, Айлин! – водя рукой по внутренней стороне бедра поднимаясь выше - Я сделаю так, что ты окажешься там, где таким, как ты место. И это далеко не Америка! – прошипел Беркер оголяя грудь жадно целуя.
- Беркер, оставь меня в покое! Не трогай! – проливая слёзы безнадёжно прошу.
Я не теряя надежду продолжила бороться. Вырвав резко руки из захвата бью по лицу и с колена между ног. Беркер с тяжёлым дыханием повалился придавив меня своим телом. С минуту я боялась пошевелиться, чтобы снова не разбудить его гнев, хоть и дышать было нечем. Набравшись смелости осторожно призналась:
- Уйди. – еле слышным голосом пробубнила.
Встав на ноги, Беркер сказал:
– Поехали! – приказным тоном велел.
- Никуда я с тобой не поеду! Ненавижу тебя! Да покарает тебя Аллах! – отчаянно завопила я после безнравственного поведения Беркера. Развернувшись снова пошла в темноту вдоль поля.
Беркер догнал и поднял меня завалив себе на плечо, строго наказав:
- Ты расторгаешь эту чёртову помолвку. А если не откажешься от отца, то я тебя убью! – грозно рявкнул он.
- Убивай, ты от своего отца недалеко ушёл! – прошипела с ярой злостью, стуча по широкой спине кулаками.
В это момент Беркер усадил меня на сиденье машины и встав передо мной в полный рост, непонимающим взглядом одарив, спросил:
- Что ты сейчас сказала?
- Что слышал, то и сказала! – злая выкрикнула в ответ. Чаглар нахмурив брови захлопнул дверь и сел за руль.
Возвращались домой мы дольше, чем бы этого хотелось. Уже не терпелось оказаться в безопасности подальше от дикой ненависти Беркера.
Когда мы приехали к дому, то я увидела Серкана стоящего у забора. Моё разбитое состояние, ещё больше пошатнулось.
Стоило выйти с машины Беркера и встретиться с парой тёмно-карих глаз Серкана, голова закружилась, а ноги забыли как слушаться. В глазах врага — моё жалкое состояние придаёт ему величия. Стою словно облитая мерзкими помоями. Аллах нещадно подаёт уроки — уроки жизни. Делая мой характер гораздо крепче, сильнее и хладнокровнее. В следующий раз, когда пистолет окажется в моих руках, то ни на минуту не усомнившись выстрелю в лоб тем, кто хоть как-то унизил моё достоинство и достоинство моей семьи.
Я поспешила уйти в особняк. Вопросы Серкана с только что подошедшим дядей, терзали душу, ведь сейчас и так горько, противно от самой себя. Всхлипывая закусила губу. Смахнув ладонью горячие слёзы неприятно обжигающие лицо. Тяжёлой походкой еле волоча ноги, вошла во двор, встретив осуждающие взгляды охраны. Они провожали смотря в спину и бессовестно перешёптывались между собой. Я удручённо решила оглядеть свой наряд, но то что я увидела, ошарашило, вынудив зарыдать в захлёб от ужаса. От былой красоты платья не осталось и следа. Торчащие клочья ткани и дыры, где виднелись оголённые части тела. Вспоминая те длительно мучительные часы с Беркером, разум резко помутнел, заставив упасть в обморок на месте.
Пришла в себя я в своей кровати, а над душой сложив руки на груди, стояла Джемре.
- Очнулась? – резко спросила она.
- Не видно? – отшутилась я.
- Шутки шутишь, молодец. – ядовито процедила сестра.
- Нельзя? – парирую с издёвкой, догадываясь, по какой причине сестра стоит, сторожит мой сон.
– Нельзя! Не сейчас! – прорычала ненасытно она – Папа мне сказал, что тебя в таком виде привёз Беркер. У тебя с ним было что-то?
Я пытаюсь привстать на локтях, но Джемре хватает меня за горло с горящими глазами змеи.
- Не шути со мной! Говори! – сдавив сильнее горло произнесла.
- Не было. Ничего у меня с ним не было! Но и с тобой ничего не будет! Лицом не вышла! – жёлчно выплюнула я.
- Тварь! – хлестнув меня по щеке заставив рухнуть на подушку, с хохотом во всё горло.