- С чего это взялось? – смертельно испугался он. Побледнев и задрожав всем телом. – Девчонка надоумила? Она глупая, Серкан! Не стоит слушать глупых женщин, – наигранно ухмыляется.
- Стоит поспорить, кто из вас ещё глупый.
- Ты переходишь границы! Я из-за тебя его убил! Из-за тебя! Ты всему виной!
- Ты в чём-то упрекнуть меня решил, но не забывай я сам себе упрёк. И вообще прекращай, я так же обо всём признаюсь, как и ты. Закон сам всё рассудит. – я вальяжно сел в кресло, закинув ногу на ногу ожидая шоу этого психопата.
- Ты при всём раскладе выйдешь чистый, а меня посадят надолго!
- Аслан, а я и не убивал. В тот дом шёл не как убийца, а как человек решивший забрать своё по праву.
- Нет, нет, я что дурак на это вестись? Мне неплохо на свободе! Ты, что свою жену не можешь нормально, по-мужски вразумить?
- Отношения с моей женой тебя не касаются. Не суй свой нос, куда не просят! – посмотрев на свои наручные часы – У тебя есть четыре часа, чтобы пойти в полицию. Потому что через четыре часа я пойду сам с видеозаписью и всеми имеющимися доказательствами.
- Ты не посмеешь! Ты слово дал!
- Я ужасно устал от этого театра абсурда, а вот ты скажи, как все эти два года спал, ел? Как ты смотрел на Айлин, зная, что ты убийца её отца. Как? – он сложил руки на голову и стал нервно раскачиваться.
- Но я же говорил, говорил, что это девчонка сделает всё так, чтобы ты признался! Я знал, что так будет, говорил! – продолжал раскачиваться как умалишённый.
Я не стал ничего отвечать направившись к выходу, но открыв дверь меня ждал сюрприз в виде Айше. Она была бледная как стенка. А глаза наполненные слезами. Женщина слышала наш разговор и это было ясно как день. Обеспокоен ли я? Вовсе нет – она лишь упростила мне задачу.
- Не утруждайтесь, я вызвала полицию! – горестно произнесла она.
Глава 44
А пока жизнь замкнулась в круге: боль – ненависть – унижение – боль. Я превратилась в садистку, которая с безумной жестокостью отравляет ядом ненависти свою жизнь и жизни других.
Но назад пути нет. Кровь была наполнена местью, как самым сильным ядом и только моя внезапная смерть сможет остепенить, заставит меня успокоиться. Для меня этот шантаж был последним шансом на успех, последним светом в конце туннеля и самый, что не есть омерзительный. Ведь хуже всего, то, как я поступаю с ребёнком, который в моём животе. Я ничего не чувствую к нему, но чувствую ту пересечённую тонкую грань, за которую заходить не должна была вовсе, однако же зашла, да ещё как! Это хуже варварского преступления, такой поступок грозит порицанием и соответствующим наказанием Всевышнего. И жизнь ещё заставит пройти по горячим углям, заставит горько расплатиться за такой чудовищный поступок.
Так или иначе, мне тошно от самой себя. Хочется волком выть, на стену лезть, сделать себе больно, только лишь не чувствовать этого противной липкости от самой себя. Как я могла грозиться убить невинного малыша? Как я могла такое сказать? Серкана до сих пор нет, а я была уверена, что придёт, придёт и спасёт всех нас от немыслимых поступков.
Изрядно уставшая и измотанная своим же безрассудством, металась по гостиничному номеру от окна к двери, изредка поглядывая на телефон.
Вестей не было и дело близилось к утру, а я ведь сказала прийти вечером, и вечер уже давно прошёл. Может что-то случилось? Может он, лежит где-нибудь на улице истекает кровью?
От этих мыслей бросило в холодный пот, а глаза наполнились слезами. Руки невольно потянулись к животу и я слёзно протянула:
- Всевышний помоги! Я не способна убить невинного, пусть Серкан придёт! Пусть придёт здоровым и невредимым! – я легла на кровать и обхватило тело руками, потому что душу оккупировала волна сожаления. Я как наркоман бросаюсь из крайности в крайность, желаю заполучить желаемое, но в то же время ломает не по-детски за все грязные выходки.
Может его уже нет? Горько ухмыляюсь, замотав головой в стороны и громко зарыдав закрыла лицо холодными ладонями. А ведь я его люблю! Я боюсь признаться самой себе, но я люблю! Да простит меня отец, мама, дедушка, чьи жизни он забрал — моё сердце болит о мысли о нём. Я полюбила убийцу! О, Аллах, за что?
Подушка мокрая от слёз сожаления и не понимания.
Наступило утро и я вяло расчёсывала волосы сидя перед зеркалом, время приёма неумолимо близилось, а я до сих пор ещё надеюсь на его приход. Наверное, его слова пустые речи. Хм, насколько же надо быть такой наивной дурой, чтобы питать иллюзии на этот счёт?