- Привет.
Услышав за спиной знакомый голос, Гермиона мысленно застонала.
- От тебя невозможно спрятаться, Малфой.
- Не знал, что ты от меня прячешься, – не дожидаясь ответа, Малфой нагло уселся рядом. – Все обойдется, – неожиданно добавил он.
- Ты о чем?
- Я вижу, ты переживаешь, что эту чертову школу могут закрыть. Тогда ты не сможешь блистать знаниями на уроках.
- Очень смешно, – обиделась Гермиона.
- Я тебя понимаю, – серьезным тоном продолжал Драко.
- Ты?
- Что бы ты обо мне ни думала, Грейнджер, я тоже не хочу, чтобы школу закрыли.
Гермиона удивленно вскинула брови:
- Я тебе не верю.
«Не переигрывай», – мысленно убеждал себя Малфой, а вслух произнес как можно более равнодушным голосом:
- Я и не надеялся, что ты поймешь…
- Ты же ненавидишь Хогвартс.
Лицо Малфоя омрачилось.
- Возвращаться к себе в замок я хочу еще меньше… Особенно в этом году.
- А что будет в этом году?
- Это неважно, – отмахнулся он, снова переводя взгляд на спокойную поверхность озера.
- Расскажи.
Драко немного помолчал, словно взвешивал все за и против, а потом признался:
- Моя свадьба.
Он достал из кармана мантии маленькую флягу с вытесненным на ней семейным гербом.
- Малфой! – тоном профессора МакГонагалл возмутилась Гермиона. – Что ты себе позволяешь?
- Можешь оштрафовать Слизерин, если хочешь, – равнодушно ответил Драко, отвинчивая резную крышку.
Гермиона следила за тем, как он делает небольшой глоток и морщится, когда напиток обжигает его небо.
- Хочешь? – он протянул ей флягу.
- Ты с ума сошел?
- Зря. Огневиски помогает забыть, – Малфой отвернулся и принялся лениво наблюдать за тем, как ветер поднимает рябь на спокойной воде озера.
- И что же я должна забыть? – язвительно поинтересовалась Гермиона.
- Например, пророчество. Или смерть Трелони.
Вспомнив похороны предсказательницы, Гермиона вздохнула и потянулась к фляге.
- Не думал, что ты решишься, – усмехнулся Малфой.
- Я еще и не решилась, – покачала головой девушка, рассматривая герб. – Я раньше никогда не пила огневиски, – призналась она шепотом.
- Сделай маленький глоток.
Гермиона задумчиво дотронулась до фамильного герба Малфоев. Драко в какой-то момент захотел, чтобы она также нежно провела кончиками пальцев по его щеке.
- Я бы хотела забыть… Или просто не думать…
Казалось, Гермиона разговаривает сама с собой. Она еще раз посмотрела вдаль, а потом вздохнула, приближая флягу к губам, сделала решительный глоток и закашлялась. Малфой усмехнулся.
- О, Мерлин, – наконец, выдохнула Гермиона. – Как же жжет!
- Ты просто неправильно пьешь, – объяснил Драко, забирая у нее флягу. – Вот смотри.
Он сделал маленький глоток, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу.
- Попробуй.
- И не проси. Мне дорог мой желудок, – фыркнула Гермиона.
- Тебе просто слабо.
- Мне? – расхохоталась она, протягивая руку за огневиски. – Не пытайся напоить меня до бессознательного состояния, Малфой. Я в состоянии себя контролировать.
*
Рон бесцельно слонялся по этажам, вспоминая беседу с сестрой. Час назад Джинни рассказала ему о пророчестве, и он долго возмущался тем, что от него скрывали сей факт. Рон не уставал упрекать себя за то, что тогда, в Хогсмиде, он послушал Гермиону и ушел. Если бы он настоял и остался, то тоже бы слышал Трелони, и вполне вероятно, смог бы помочь. После ссоры они с Гермионой больше не разговаривали. Он не мог подобрать слова, чтобы выразить ей все, что чувствует, а она старательно избегала встречи с ним. В очередной раз проходя мимо портрета, скрывающего вход в гостиную Гриффиндора, юноша поймал на себе сочувствующий взгляд Полной Дамы. Мысленно чертыхнувшись, он пошел дальше. Его уже жалеют портреты! На одной из боковых лестниц Рон увидел Пэнси и попытался ее обойти.
- Ты все еще злишься? – осторожно спросила она.
- А ты как думаешь?
- Ты уже знаешь о пророчестве? – поинтересовалась Пэнси, чтобы перевести тему.
- Да, – вздохнул Рон. – А что решил Дамблдор?
- Не знаю. Драко мне не рассказывал. А Поттер тебе не говорил?
- Нет.
Рядом с Пэнси он чувствовал себя неуютно. От навалившихся проблем голова шла кругом. Он не знал, как закончить ненужный разговор и отвернулся. Неожиданно Пэнси всхлипнула.
- Что с тобой? – удивился он.
- Мне так страшно, – прошептала она, поспешно вытирая слезы. – Я так боюсь, что Темный Лорд вернется…
- Разве твои родители не смогут тебя защитить?
- Мои родители – Пожиратели смерти, – бросив на него снисходительный взгляд, Пэнси покачала головой. – Они будут счастливы… А мне придется… – она осеклась на середине фразы.
- Они заставляют тебя принять Черную Метку? – догадался он.
Пэнси вздохнула.
- Я могу поговорить с отцом, чтобы он связался с мракоборцами, – предложил Рон.
- Спасибо, – на лице Пэнси появилась искренняя улыбка. – Так странно... Я даже с Драко это не обсуждаю. Он не поймет. А ты…
Рон покраснел.
- Мне жаль, что у вас с Гермионой так получилось, – неожиданно добавила она.
- Уже ничего нельзя исправить, – буркнул Рон.
- Прости меня, – прошептала Пэнси, чувствуя, что впервые в жизни вкладывает в эти слова их истинный смысл.
Рон молча развернулся и направился вниз по лестнице. Пэнси долго смотрела ему вслед, борясь с диким желанием рассказать правду. Этот неожиданный прилив искренности испугал ее, и она обхватила себя руками за плечи, словно пыталась удержать саму себя от необдуманного шага.
- Подожди! – Пэнси услышала крик, и только потом поняла, что он сорвался с ее губ.
Рон удивленно обернулся.
- Хочешь, я поговорю с Гермионой, и скажу, что это я виновата?
Некоторое время Рон изучал ее лицо, а потом молча покачал головой.
- Но почему? – продолжала настаивать Пэнси.
- Она встречается с Малфоем.
- С чего ты это взял?
- Я видел, какие взгляды они бросают друг на друга.
Рон развернулся и снова зашагал прочь. Когда он скрылся за поворотом, девушка замотала головой, пытаясь прийти в себя. Что это на нее нашло? Что это был за приступ откровенности? Выругавшись, Пэнси зло пнула каменную стену, ругая себя за слабость. Ее задача – соблазнить и бросить, а не жалеть и помогать. «Соберись», – мысленно убеждала себя она, но почему-то именно сейчас у нее не было прежней уверенности в собственных силах.
*
Гермиона не считала, сколько глотков успела сделать.
- Забери, – заплетающимся языком попросила она, протягивая Малфою флягу.
- Ты совсем не умеешь пить, Грейнджер, – усмехнулся Драко, обнимая ее за талию.
- Да уж, зачет по этому предмету я точно провалила бы, – она попыталась оттолкнуть его руку.
- Ты такая забавная, Гермиона…
Имя, сорвавшееся с его губ, прозвучало так противоестественно нежно, что Гермиона невольно поежилась от озноба, пробиравшего ее.
- Не зови меня так, – напомнила она. – Раньше ты этого не делал. Я удивлена, что ты вообще знаешь мое имя.
- Я много чего знаю, – горько усмехнулся Драко. – Но, учась в Слизерине, все время приходится притворяться. С тобой я могу не думать о том, как выгляжу со стороны. Быть искренним… Я не могу и не хочу врать тебе, Гермиона…
- Прекрати! – она закрыла уши ладонями, чувствуя, как ее кожа покрывается мурашками от его шепота. – Не говори ничего…
- Чего ты боишься? – продолжал Малфой, накрывая ее кисти своими ладонями.
- Не надо.