— Ах, так ты боишься, — сказал он с усмешкой.
Поворачиваясь к двери, я не смогла удержаться от смеха. Было ясно, что он подстегивал меня.
— Спасибо за травку, — крикнула я, направляясь к выходу.
Я вдруг осознала, что обтягивающие джинсы на мне открывали ему прекрасный вид на мою задницу.
Когда я открыла входную дверь и вышла, Брендон произнес:
— Позвони, когда будешь готова к большему.
Глава 6
Когда я вернулась домой, мои мысли в большей степени были заняты Брендоном и его предложением, чем Дереком и изменой. Последние девять лет я была замужней женщиной, и, хотя технически ею и оставалась, было лестно узнать, что кого-то, вроде Брендона, влекло ко мне. Я уверена, что он был с множеством женщин, с радостью поддававшимся его чарам. Вероятно, он говорил подобные слова женщинам все время, но я была благодарна за побег от реальности. Было приятно задуматься над чем-то еще на некоторое время, воображая себе другую жизнь.
Я опустила сумку на стол в столовой и присмотрелась к фотографии в рамке на противоположной стене. Это была наша с Дереком фотография на первом балу морских пехотинцев. Он был в парадной форме. Я ее любила. Помню, что в своем черном бальном платье чувствовала себя принцессой рядом с ним. Мне казалось, что я нашла все, чего когда-либо хотела, но по прошествии времени фантазии уступили место реальности.
— Хорошо! Кто следующий? — спросил полковник Льюис, садясь на свое место рядом с женой.
Мы были в его доме на ежегодной ночи игры. Каждый год он приглашал всех своих офицеров и их жен на ночь «веселья и развлечения». Это были его точные слова. Только я не веселилась и не развлекалась.
— Я пойду, — сказал Дерек, вставая и улыбаясь женщине, с которой проговорил всю ночь.
И этой женщиной была не я.
Она покраснела и быстро опустила взгляд в пол, пока никто не заметил.
Но я заметила. И каждый заметил.
Она и Дерек явно флиртовали друг с другом с самого начала. Я не могла сказать, что винила ее. Она была одинока, а Дерек обаятелен и красив. Но, похоже, они оба забыли, что он женат.
Дерек взял свою карточку и встал перед сухой доской с маркером в руке, он ни разу не встретился со мной взглядом. Я сидела на модном белом диване полковника, чувствуя себя униженной. Я ни на кого не могла смотреть, зная, что встретилась бы только с жалостливыми взглядами других жен.
Как ни странно, я провела всю ночь, убеждая себя, что проблема во мне. Может, если бы я была больше похожа на нее, или, может, если бы я была общительным человеком, то мой муж не флиртовал бы с другими женщинами.
Забавно, во что заставляет вас поверить отчаяние.
Я уже чувствовала себя ничтожной в своем браке, незначительной в своей жизни, и та ночь только подтвердила это. Что-то переключилось глубоко внутри меня, и я знала, что ничего уже не будет прежним.
Я набиралась четвертым или пятым стаканом, когда Дерек пришел домой и обнаружил меня, сидящей на полу кухни в окружении наших старых фотографий, разбросанных вокруг. Я искала подсказку, которую упустила — обманчивый взгляд, хмурое выражение лица, что угодно, что заставило бы меня чувствовать себя не такой сумасшедшей.
— Что ты делаешь? — спросил Дерек, осторожно ступая по грани моего здравомыслия.
— Я просто ищу, — пробормотала я, бросив одну фотографию и взяв новую. Затем я бросила ее и взяла другую, а потом бросила и ту тоже.
— Ищешь что?
Я не могла найти ни одной фотографии, где он не выглядел бы счастливым. Он был лжецом. Наша любовь — все было ложью. Во мне быстро разгорелась ярость, и я начала рвать все, до чего дотягивалась. Я ненавидела свою жизнь. Ненавидела эти лица. Ненавидела тупую, глупую женщину, смотрящую на меня с фотографий.
— Эй. Эй, — Дерек обернул руки вокруг моих плеч, и поднял меня на ноги.
Я плакала. Когда я начала плакать? Выронив фотографии из рук, я вцепилась в воротник Дерека. Его взгляд был взволнованным, таким обеспокоенным безумной женщиной в его руках.
Я смеялась, моя грудь вздымалась от частого дыхания, и слезы потекли быстрее.
— Мы — это долбаная шутка, разве нет?
Он сжал зубы, и так же в тиски сжал мои руки.
— Ты должна протрезветь. Сколько ты выпила, Пенни?
Я продолжала хохотать, опрокинув голову, и слезы скатывались мне в уши.
— Пойдем, — Дерек потащил меня в нашу ванную, на спотыкающихся ногах я следовала за ним.