Взяв телефон, я отправила сообщение Брендону. Было за полночь, так что я знала, что он, возможно, на работе, но я должна была это сделать сейчас, пока не потеряла запал.
Пенелопа: Привет! «Побуждение» нанимает новых барменов? Мне нужна работа.
Он ответил через несколько секунд.
Брендон: Да. Зачем? Что случилось в «Джеки»?
Пенелопа: Ничего. Просто ищу что-нибудь получше.
Я села за стол подсчитать свои чаевые, когда он ответил мне.
Брендон: Что сейчас делаешь?
Пенелопа: Смотрю на крошечную кучку чаевых перед собой. А ты? Работаешь?
Брендон: Нет. Отправляюсь в Роли на фотосессию. Не хочешь присоединиться? (Примеч. Роли — столица штата Северная Каролина).
Я улыбнулась и прикусила щеку изнутри, обдумывая это.
Пенелопа: Как долго ты там пробудешь?
Брендон: До воскресенья.
Сегодня только ночь пятницы, и у меня должна быть вечерняя смена в субботу.
Пенелопа: Не могу. Надо работать.
Брендон: Я думал, ты бросила работу.
Пенелопа: Ну, не могу до тех пор, пока у меня не будет новой работы.
Брендон: Ты слишком переживаешь. Пакуй вещи. Буду у тебя через несколько минут.
Я пару секунд пялилась на свой телефон, прежде чем встать и оглядеться кругом.
— Черт!
Я не хотела, чтобы Брендон видел мою квартиру. Я даже не была уверена, что хотела ехать в Роли. На какие деньги? Я просто встречу его на улице, и скажу, что не могу поехать.
Вбежав в спальню, я сняла халат и вытащила старую футболку с парой хлопковых шорт, которые обычно носила как пижаму. Быстро расчесав свои мокрые волосы, я вышла на улицу дожидаться Брендона.
Через несколько минут он подъехал на своем «Камаро». Припарковавшись рядом с тротуаром, он остановился, открыл окно и осмотрел меня сверху вниз.
— Где твоя сумка?
— Я не могу поехать. У меня работа завтра, и я не могу позволить себе остаться там на ночь.
Брендон открыл дверцу и вышел, пока я стояла со скрещенными на груди руками.
— Как насчет того, чтобы перестать так чертовски сильно переживать? — сказал он, сделав несколько шагов, чтобы встать передо мной.
— Но я не могу просто взять и пропустить работу. Мне надо…
— Господи, ты чертовски упряма, — сказал он, перебивая, прямо перед тем, как наклонился и заткнул меня поцелуем.
Мои руки упали по бокам, и я забыла, что хотела сказать, когда языком он скользнул прямо мне в рот. Он был как корица на вкус. Брендон схватился своими большими руками за мои бедра, а я обхватила ладонями его лицо и зарылась пальцами в бороду. К тому времени, как мы закончили целоваться, я уже забыла, о чем мы говорили.
— Я уезжаю через десять минут, — сказал он, посмотрев на меня сверху вниз.
Он отступил на шаг и ухмыльнулся, а потом вернулся в машину и закрыл за собой дверцу. Я колебалась секунду, не зная, что мне следует сделать. Я знала, чего хотела, но…
Просто сделай это.
Брендон искоса глянул на меня, и я улыбнулась ему, перед тем как развернуться и побежать вверх по лестнице к своей квартире.
Примерно десять минут спустя я вышла с рюкзаком и сумкой, перекинутой через плечо, а он все еще сидел в машине.
Он улыбнулся, когда увидел, как я спускаюсь по лестнице.
— Я знал, что ты одумаешься.
Я забралась на пассажирское сиденье и закрыла за собой дверцу.
— Ты ведь знаешь, что это полное сумасшествие, верно? Я могу потерять работу.
Он завел машину и, ударив ногой по педали газа, помчался по моей улице под звуки моего визга.
— Каждому нужно немного сумасшествия в жизни.
Брендон убрал крышу своего кабриолета, открывая небо, полное звезд. Ветер развевал волосы вокруг меня, и я рассмеялась, пытаясь убрать их. Заглянув в свою сумку, я нашла резинку для волос и собрала их в неряшливый пучок. Волосы Брендона также разлетались повсюду, пряди били его по лицу. Я поискала в своей сумочке еще одну резинку и, как только нашла ее, наклонилась и собрала его волосы на макушке. Он посмеивался, пока я затягивала резинку в его волосах так же, как у себя. На самом деле, мне нравилось видеть его подбородок и шею полностью открытыми.