Про дороги, ЖКХ, торговлю и прочее жизнеобеспечение Вася тоже нагляделся и наслушался, да и личный печальный опыт показывал – хамство всюду являло себя во всей своей многоликости. Самое удивительное, по мнению нашего героя, состояло в том, что хамящая сторона в рамках системы никогда и нигде, простонародно выражаясь, не получала по морде, а получали по морде инициативные граждане, пытавшиеся противостоять хамству, видя безучастность системы. Исключением из правил оказались случаи, когда хамство стало куролесить в самолетах, объединившись с пьянством. Поскольку такого рода объединение несло в себе угрозу жизни и самочувствию граждан, Дума придумала специальный наказующий документ, гарантирующий виновникам большие штрафы, бесполетную зону и лесоповал. Но почему Дума не додумалась до этого раньше, сказать сложно. Ускорение этой теме придало то, что самые умные из думцев догадались о грозящей им опасности, и не столько снизу, от страдающих граждан, сколько с самого верху, от главнокомандующего всеми системами страны (для дальнейшего употребления этого звания в целях нашего опуса введем аббревиатуру – ГКС). Иными словами, дальнейшее бездействие могло стать наказуемым. А бездействие власти, знающей, к каким печальным последствиям это может привести, согласно Васиной формулировки, есть один из видов изучаемого им предмета. Таким образом, формулировка доказывала свою универсальность, и это радовало нашего героя. Кроме того, из Васиных последующих размышлений следовало, что размышления предыдущие, касающиеся того, кто виноват, были не вполне корректны, поскольку зло зарождалось в глубинах систем, составляющих СИСТЕМУ, а, значит, виновными следует считать их. Но Вася, вообразив себя ученым, не мог не понимать, что умные выводы еще не тянут ни на какую степень, ни на кандидатскую, ни на докторскую, пока не будут предложены обществу действенные способы борьбы со злом. Правда, ничего нового в голову не приходило, и он решил действовать испытанным методом – написать «телегу» ГКСу, и в первую очередь на Минздрав. Старый российский прием, рассчитанный на то, что вот приедет барин… Но Вася изменил поговорку, продолжив ее на свой лад: барин пусть накажет.
В «телеге» Вася изложил все, в чем убеждался на личном опыте и о чем слышал от других, узнавал из СМИ и что наблюдал со стороны, делая упор на то, что весь излагаемый негатив есть хамство по отношению системы к человеку, и наоборот, но уже в качестве ответной меры. Писал Вася об идиотских нормативах, об очередях, об убитом времени на ожидание медицинской помощи, не сопоставимом с временем, потраченным на саму помощь, о всеобщем и полном взаимном неуважении системы и пациентов, о мстительности системы вследствие ее бесплатности, о плохо скрываемой неприязни к пожилым больным (а что вы хотите, возраст), о лечении без цели излечения… «Телега» заканчивалась выводом: бюджетные денежки тратятся на содержание системы здравоохранения, а не на само здравоохранение, то есть, на страждущее население мало что остается, отсюда и весь негатив и взаимное безнаказанное хамство. И это только в родном Васином городе. А что, если и в других не лучше, вопрошал Вася. Однако вслед за суровым выводом следовало жалкое заимствование из старой советской песенки: «что-то с этим делать надо, надо что-то предпринять». Оно и содержало намек, мол, придумай что-нибудь, ты же можешь, ты же Главный. Накажи!