Я снимаю футболку, что требует некоторых маневров, потому что сверху на мне куртка. Мне удается вывернуть ее, а затем я натягиваю обратно через голову. Пока я надеваю куртку обратно, я замечаю, что в паре метров от меня стоит женщина с белоснежно–светлыми волосами и смотрит на меня.
– Блейк? – вырывается у нее.
Без контекста и с ее волосами, которые выглядят иначе, чем в последний раз, когда я ее видел, – короче? длиннее? – мне требуется несколько секунд, чтобы узнать мою бывшую девушку.
– Гвен?
– Это правда ты. – Гвен кажется пораженной, хотя, думаю, я выгляжу примерно так же, как два года назад. – Что ты делаешь?
– Моя футболка была… – Я беспомощно жестикулирую в сторону своей футболки. – В общем… эм… как ты, знаешь, поживаешь?
Она выпячивает грудь, и трудно не заметить, что ее футболка точно не наизнанку. И она больше не пахнет сигаретами. Интересно, бросила ли она курить.
– Отлично, на самом деле, – говорит она, и в ее голосе слышится некая резкость, которая удивляет меня. – Мне дали повышение на работе, а еще я обручилась на прошлой неделе.
Затем она сует мне прямо в лицо свой гигантский бриллиант.
Не знаю, зачем она тычет мне носом в свой успех, потому что это она бросила меня практически без причины. Ну, больше похоже, что она затеяла глупый спор, который закончился нашим расставанием. Не знаю, считала ли она меня виноватым в разрыве, но по тому, как она на меня смотрит, я понимаю, что у нее нет теплых, пушистых чувств ко мне.
– Я очень рад за тебя, Гвен. – Я имею это в виду – более или менее. Я не собираюсь начинать перечислять свои собственные достижения, среди которых – увольнение с работы и отказ от помолвки. – Похоже, у тебя всё отлично.
Ее взгляд скользит по мне.
– А ты выглядишь…
Она не заканчивает предложение. И правильно.
Я взглядываю на часы – пора подниматься наверх.
– В любом случае, было приятно тебя видеть, но мне нужно бежать.
Она бросает на меня странный взгляд, который я не слишком стараюсь интерпретировать.
– Да, мне тоже. Я… эм… еще увидимся, Блейк.
Я готов поставить тысячу долларов, которых у меня нет, что мы больше никогда не увидимся.
Встреча с бывшей девушкой не настроила меня на позитивный лад перед свиданием с Кристой. Я и раньше нервничал, а сейчас чувствую себя намного хуже. Что если через два года я столкнусь с Кристой на улице и с трудом узнаю ее? От одной мысли об этом сжимается грудь.
Я забыл, что в доме Бекки и Малкольма есть швейцар, так что мои попытки протолкнуться наверх, вероятно, не сработали бы. По этой причине я благодарен, что, назвав свое имя, я получаю от швейцара разрешение пройти. Всю поездку на лифте до двенадцатого этажа я постукиваю правой ногой и сопротивляюсь желанию снова начать расхаживать.
Когда я приближаюсь к двери квартиры, меня накрывает запах корицы. Я явно заставил Кристу нервничать, потому что она печет свои сникердудлы (прим. пер.: печенье). Аромат накрывает меня волной ностальгии – я так по ней скучаю. Я как никогда полон решимости вернуть ее. Я расправляю плечи и целенаправленно стучу в дверь.
Я полностью ожидал, что Бекки выступит в роли привратника, так что немного удивлен, увидев в дверях Кристу. Ее рыжевато–светлые волосы собраны в ее фирменный небрежный пучок, губы цвета сахарной ваты, и, если честно, она выглядит немного уставшей и растрепанной. Но это только делает ее красивее.
Прошло чуть больше недели с тех пор, как я видел ее, а кажется, будто год. Все, чего я хочу, – протянуть руку и обнять ее на все сто.
– Криста, – сдавленно говорю я.
Мне не кажется, когда ее собственные глаза наполняются слезами.
– Привет, Блейк.
Кольцо с бриллиантом лежит у меня в кармане пальто. Я готов вернуть его ей.
– Можно войти? – спрашиваю я.
Она вздыхает.
– Ладно, но только на минутку.
Когда я вхожу в квартиру, запах корицы становится сильнее. Я следую за Кристой на кухню, и она достает прихватку, затем вынимает из духовки противень со свежеиспеченным печеньем. Она ставит его рядом с другим противнем, который уже остывает. Она напекла много печенья. Она явно несчастна.
– Пахнет прекрасно, – говорю я. – Как всегда.
Она вымучивает крошечную улыбку, но не предлагает мне печенье.
– Спасибо.
– Я скучаю по твоему печенью.