Глава XIV
– Слава богу, он наконец вернулся, Эллен. Погода такая, что хороший хозяин собаку на улицу не выгонит.
Бантинг говорил с облегчением, но к жене не обернулся, а продолжал читать вечернюю газету, которая была у него в руках. Он сидел у самого огня, откинувшись на спинку своего уютного кресла. Бантинг выглядел очень хорошо, на щеках его цвел здоровый румянец. Миссис Бантинг смотрела на него с некоторой завистью, даже с обидой. И это было удивительно, поскольку она по-своему была очень привязана к мужу.
– Не беспокойся о нем так; мистер Слут вполне в состоянии сам за собой присмотреть.
Бантинг уронил газету на колени.
– Ума не приложу, что ему понадобилось на улице в такую погоду.
– Сдается мне, Бантинг, не твое это дело, не так ли?
– Ты права. Но все же если с ним что-нибудь случится, нам будет несладко. Этот жилец, Эллен, наша первая удача за долгое-долгое время.
Миссис Бантинг беспокойно зашевелилась на своем высоком стуле, но не произнесла ни слова. То, что сказал Бантинг, было слишком очевидно и не нуждалось в ответе. Она прислушивалась, воображая, как жилец пробирается по затянутому туманом холлу – проворно, но удивительно бесшумно. Можно сказать, крадется. Да, теперь он всходит по лестнице. Что это там говорит Бантинг?
– Приличным людям небезопасно ходить по улицам в такое ненастье. Лучше посидеть дома, если нет неотложных дел. – Бантинг глядел прямо в узкое, бескровное лицо жены. Он был человек упрямый и всегда стремился доказать свою правоту. – Меня так и подмывает сказать ему об этом! Его просто необходимо предупредить, что такому человеку, как он, в темное время суток на улице делать нечего. Я уже читал тебе заметки из «Ллойдз» об уличных происшествиях: это просто ужас, и во всех случаях виноват туман! И потом, не сегодня завтра это чудовище снова возьмется за свое…
– Чудовище? – рассеянно повторила миссис Бантинг.
Она пыталась расслышать шаги жильца наверху. Ей очень любопытно было знать, отправился ли он в свою уютную гостиную или пошел на третий этаж, в лабораторию, как он любил говорить.
Но муж, не обращая на нее внимания, продолжал разглагольствовать. Поняв, что все усилия бесполезны, миссис Бантинг перестала ловить звуки, доносившиеся сверху.
– Страшно подумать: блуждать среди тумана в такой вот компании. Правда, Эллен? – Муж говорил так, словно эта идея, несмотря ни на что, приятно щекотала ему нервы.
– Городишь всякую чепуху! – отрезала миссис Бантинг, вставая.
Болтовня мужа вывела ее из равновесия. В кои-то веки им выпала возможность побыть вдвоем и отдохнуть, так отчего муж не выберет другую, более приятную тему для беседы?
Бантинг снова уткнулся в газету, а его жена принялась тихонько ходить по комнате. Скоро подоспеет время ужина. Сегодня она приготовит мужу аппетитные гренки с сыром. У этого счастливчика (так отчасти пренебрежительно, отчасти с завистью любила она называть мужа) отличное пищеварение, и все же он довольно разборчив в еде, что часто случается с лакеями, служившими в хороших домах.
Да, с пищеварением Бантингу повезло. Миссис Бантинг гордилась своими манерами и никогда бы не позволила себе употребить грубое слово, к примеру, «желудок», не говоря уже о более откровенных терминах. Только в беседе с врачом она могла сделать исключение.
Квартирная хозяйка мистера Слута не сразу спустилась в холодную кухню. Сначала распахнула украдкой дверь своей спальни. Ступив в темноту, она тихонько закрыла дверь и стала прислушиваться.
Вначале до нее не долетало ни звука, но затем послышались осторожные шаги прямо над головой, то есть в спальне мистера Слута. Как ни старалась, она не могла угадать, что он там делает. Но вот открылась дверь, ведущая на лестничную площадку. Заскрипела лестница. Это означало, без сомнения, что остаток вечера мистер Слут проведет в мрачной верхней комнате. Он не бывал там уже долго – почти десять дней. Странно, что для своих опытов он выбрал именно тот день, когда на Лондон спустился непроглядный туман.
Миссис Бантинг ощупью добралась до стула и села. Непонятно почему, она чувствовала смертельную усталость. Да, правда, мистер Слут принес им счастье. Очень дурно с ее стороны об этом забывать. Сидя в спальне, она уже не в первый раз напомнила себе, что означало бы для них лишиться мистера Слута. Почти наверняка они впали бы в самую жалкую нищету, в то время как с жильцом им было обеспечено не только безбедное существование. Оставшись у них (а так он, судя по всему, и намеревался поступить), мистер Слут даст им уважение окружающих и прежде всего уверенность в завтрашнем дне.