Среди толпы было несколько женщин, крепких, с решительными лицами. Они принадлежали к разным слоям общества, но всех их объединяла любовь к сенсациям и умение пробивать себе дорогу. Их было немного. Существенно преобладали мужчины, также представлявшие самые разные сословия.
Центр зала суда напоминал арену, поскольку места для публики располагались амфитеатром. Сейчас на «арене» было сравнительно пусто, только на скамьях сидели члены жюри. На некотором расстоянии от них, за загородкой, стояли, сбившись в кучку, три женщины и четверо мужчин.
– Видите, это свидетели, – прошептал инспектор, указывая на них.
Он думал, что кто-то из свидетелей его спутнице знаком, но даже если и так, она ничем этого не выдала.
Между окнами в конце комнаты на небольшом возвышении стоял письменный стол с креслом. Миссис Бантинг догадалась, что он предназначен для коронера. Слева от возвышения и значительно ниже, чем скамьи членов жюри, находилось место для дачи свидетельских показаний.
Какой торжественной и пугающей была атмосфера этого зала – куда мрачнее того давнего заседания, состоявшегося в апрельский день в деревенской гостинице. Тогда коронер сидел на том же уровне, что и присяжные, а свидетели просто один за другим выходили вперед и вставали перед ним.
Боязливо осматриваясь, миссис Бантинг подумала, что умерла бы со страху, если бы пришлось отвечать на вопросы, поместившись в эту чудную, похожую на ящик подставку. С искренней жалостью она бросила взгляд на скамью, где сидели семь свидетелей.
Вскоре, однако, она поняла, что жалость ее была излишней. Все женщины-свидетельницы отвечали охотно и взволнованно; им явно нравилось находиться на виду у публики. Каждая упивалась своей пусть не первостепенной, но все же немаловажной ролью в захватывающей драме, к которой было приковано нынче внимание всего Лондона, если не мира.
Вглядываясь в этих женщин, миссис Бантинг гадала, кто из них кто. Где та неряшливая молодая особа, которая точно или почти точно видела Мстителя через десять секунд после двойного убийства? Та самая, которая, услышав ужасный крик одной из жертв, бросилась к окну и уловила мелькнувшую в тумане расплывчатую тень? А еще одна женщина, как вспомнилось миссис Бантинг, дала самое обстоятельное описание Мстителя – им, по ее мнению, был человек, которого она слегка задела, идя по улице.
Эти две женщины уже несчетное множество раз отвечали на вопросы не только полиции, но и репортеров всех без исключения лондонских газет. Именно на их показаниях – к сожалению, существенно расходившихся между собой, – основывалось официальное описание Мстителя, согласно которому он был красивым молодым человеком лет двадцати восьми, респектабельным на вид, и нес сверток в газете. Что касается третьей женщины, то это, несомненно, была приятельница жертвы.
Миссис Бантинг отвела взгляд от свидетелей и сосредоточила его на другом непривычном зрелище. На самом видном месте, между местом коронера и проходом в деревянном барьере, огораживающем места для публики, находился длинный заляпанный чернилами стол. Вначале за ним сидели только три человека, усердно делавших наброски, теперь же все места были заняты мужчинами с усталыми умными лицами. Перед каждым из сидевших находился либо блокнот, либо листы бумаги.
– Это репортеры, – шепнул приятель миссис Бантинг. – Они всегда приходят в последнюю минуту, но и уходят последними. На обычных заседаниях их бывает двое, может быть, трое, но сейчас каждая газета в королевстве стремится иметь репортера за этим столом.
Со значительным видом он посмотрел вниз, туда, где находились члены жюри.
– А теперь дайте подумать, что я могу для вас сделать… – И он подал знак помощнику коронера: – Не могли бы вы поместить эту леди туда, в свободный уголок? Она состоит в родстве с родными покойной, но не желает… – Он шепнул несколько слов собеседнику на ухо, тот одобрительно кивнул и не без любопытства оглядел миссис Бантинг.
– Я посажу ее вот туда, – проговорил он вполголоса. – Сегодня там никого не будет. Видите ли, нынче свидетелей только семь, а иной раз их бывает гораздо больше.
И он любезно подвел миссис Бантинг к пустой скамье напротив той, на которой сидели и у которой стояли, переминаясь в нетерпеливом ожидании сыграть свою роль, указанные семеро свидетелей.
На секунду все присутствующие обратили на миссис Бантинг любопытные взгляды, но вскоре, поняв, что она не имеет к следствию никакого отношения, забыли о ней. Им стало ясно, что она обычный зритель, просто ей повезло больше прочих, потому что у нее есть «знакомые в суде», благодаря которым она имеет возможность сидеть, в то время как остальные толпятся стоя.