– Значит, вы не согласны с тем… – Бантинг встал и подошел к окну. – Вы не принимаете всерьез идею, высказанную в некоторых газетах, что это… это джентльмен? – Слово «джентльмен» Бантинг выпалил после некоторого колебания.
Чандлер взглянул удивленно.
– Нет, – уверенно произнес он. – На мой взгляд, это ложный след. Мне, правда, известно: некоторые из наших – в том числе и важные шишки – не сомневаются, что старый сыч, давший в баре соверен, и есть тот, кого мы ищем. Предположим, это так. Но речь идет о явно сумасшедшем, который откуда-то сбежал. Те, у кого он находился под присмотром, должны были бы поднять шум. Ну и почему же ничего не слышно?
– А вы не думаете, – Бантинг понизил голос, – что он где-нибудь устроился – снял себе угол?
– Вы допускаете, что это состоятельный человек, расположившийся в одном из вест-эндских отелей? Конечно, случались и более удивительные вещи.
– Да, что-то подобное я и имел в виду.
– Ну что ж, мистер Бантинг, если ваша идея верна…
– Я не говорил, что это моя идея, – поспешно вставил Бантинг.
– Хорошо, если эта идея верна, наша задача становится еще труднее. Придется искать иголку в стоге сена. Но мне такое предположение кажется чересчур невероятным. – Джо поколебался и добавил, понизив голос: – Кое-кто у нас надеется, что он, то есть Мститель, переберется в какой-нибудь другой большой город – Манчестер, к примеру, или Эдинбург. Там ему тоже отыщется занятие. – Чандлер хихикнул над собственной мрачной шуткой.
Затем, к тайному облегчению обоих собеседников (от разговора о Мстителе и его деяниях Бантинга уже бросило в дрожь), послышался скрип ключа, который вставляла в замок миссис Бантинг.
Убедившись, что юный Чандлер не ушел, Дейзи зарделась от удовольствия. Она опасалась, что Чандлер ее не дождется, тем более что Эллен как нарочно медлила, выбирая покупки, даже самые пустячные.
– Джо хочет знать, можно ли ему завтра пригласить Дейзи на прогулку, – выпалил Бантинг.
– Моя мать вроде бы хотела пригласить мисс Дейзи на чай к нам в Ричмонд, – неуклюже проговорил Чандлер. – Вот я и пришел просить вашего согласия, мисс Дейзи.
Дейзи умоляюще взглянула на мачеху.
– Когда вы собираетесь идти, сию минуту? – раздражительно бросила миссис Бантинг.
– Нет, конечно нет, – проворно вмешался Бантинг. – Что это тебе вздумалось, Эллен?
– Какой день называла ваша мать как наиболее для нее подходящий? – насмешливо спросила миссис Бантинг.
Чандлер заколебался. Его мать не называла никакого дня. По правде говоря, она, как ни странно, не проявляла особого стремления вообще видеть Дейзи. Тем не менее он решился говорить за нее.
– Как насчет субботы? – вмешался Бантинг. – Это день рождения Дейзи. Поездка в Ричмонд станет для нее подарком. В понедельник она возвращается к Тетушке.
– В субботу я не могу, – с досадой отозвался Чандлер. – У меня дежурство.
– Ну что ж, тогда в воскресенье, – поставил точку Бантинг.
Жена смерила его удивленным взглядом: он редко решался столь определенно высказываться в ее присутствии.
– Что скажете, мисс Дейзи? – спросил Чандлер.
– Воскресенье это неплохо, – заявила она с наигранной скромностью.
Когда молодой человек взялся за шляпу, а мачеха не пошевелилась, Дейзи осмелилась выйти с ним на минутку в холл. Чандлер закрыл за собой дверь гостиной, так что не расслышал, к счастью для себя, шепота миссис Бантинг:
– Когда я была молоденькой девушкой, воскресенье считалось неподходящим днем для того, чтобы строить куры. Влюбленные пары отправлялись тогда вместе в церковь, как велят приличия…
Глава XXV
День, когда Дейзи исполнилось восемнадцать лет, начался без особых событий. Отец вручил дочери подарок, который давно уже сулил к восемнадцатилетию, – часы. Это были хорошенькие серебряные часики, которые Бантинг приобрел у старьевщика в последний день, когда чувствовал себя счастливым. Ему казалось, будто с тех пор утекло море воды.
Миссис Бантинг считала серебряные часы совершенно неуместным подарком, но была чересчур несчастна и слишком занята собственными мыслями, чтобы об этом беспокоиться. Кроме того, она имела достаточно здравого смысла, чтобы в таких делах не вставать между отцом и дочерью.