— В принципе, я не пью, но по такому случаю решил прийти с вином.
— Не оправдывайся, это твое право решать, с чем приходить в гости.
Я и на этот раз почувствовал иронию, но решил напрямую следовать совету этой прекрасной женщины. Повертел бутылку в руках, пытаясь понять, как ее откупорить, бутылка была заткнута пробкой и, как оказалось, просто так ее не вытащить, нужно какой-то инструмент. Женщины с интересом наблюдали, как Степан вертел бутылку в руках.
— А у вас есть открывалка?
Галя вопросительно посмотрела на мать.
— Какая открывалка?
— Ну, чтобы пробку вытащить, не очень уверенно произнес Степан, не зная толком, как выглядит эта самая открывалка и как ею пользоваться.
— Ты, наверное, имеешь в виду штопор?
— Наверное, — в голосе Степана прозвучала растерянность.
— Не помню, где-то был. Сейчас поищу.
Наталья пошарила рукой в ящике стола.
— Нашла! — и подала штопор мне.
Я взял этот инструмент, повертел его в руках, затем перевел взгляд на горлышко и, разобравшись что к чему, стал вкручивать буравчик в пробку, затем взял бутылку в одну руку, другой рукой потянул ручку штопора, пробка с характерным хлопком выскочила из бутылки. Женщины с интересом и недоверием наблюдали за его действиями.
— Ты нас разыгрывал? — Наталья пристально посмотрела Степану в глаза.
— Нет, я только что впервые увидел штопор и первый раз открыл вино.
— До этого, наверное, открывал только водку? — съязвила Галя.
— Наверное, — произнес я неуверенно, вспоминая. — Это было на моих проводах в армию, а потом я вообще не пил.
Наталья, для которой в меру пьющий мужик — это нормально, а совсем непьющих по своей воле мужчин просто нет в природе, по крайней мере, она таких не встречала, смотрела на Степана вопросительно.
— А твой отец тоже непьющий?
— Нет, он иногда немного может выпить, да и мне никогда не запрещал, но так получилось, что я не пью.
— А вино ты принес нам с мамой? — опять съязвила Галя.
— Нет, я тоже выпью. — Степан налил вино в бокалы и произнес тост:
— Давайте выпьем за знакомство, за нашу встречу, а я еще выпью за вас, за самых красивых женщин в моей жизни.
Женщины отпили понемногу и поставили бокалы на стол. Степан свое вино выпил залпом и продолжил:
— Вы, наверное, думаете, зачем я хотел этой встречи, этого знакомства.
— Очевидно, решил свататься, — перебила Галя.
Женщины выжидательно смотрели на меня. Я, как мне думалось, взглядом взрослого человека на ребенка посмотрел на Галю и, обращаясь к Наталье, серьезно сказал:
— Нет, я пришел не свататься, — и замолчал, подбирая слова. На лице у Гали было написано разочарование. Наталья смотрела на меня с нескрываемым интересом. Все ждали продолжения разговора.
— Я все скажу, но прошу тебя, Галя, пожалуйста, не перебивай, — и после паузы продолжил: — Галя, я тебя люблю, и ты это знаешь, а сегодня познакомился с твоей мамой и думаю, когда придет время и я попрошу ее согласия на наш брак, она не откажет мне, но сейчас не об этом.
— А ты меня не забыл спросить? Или тебе не нужно мое согласие? — вскочила со стула Галя.
— Галя, я просил не перебивать, сядь! — Степан произнес это тихо, но в голосе прозвучала решимость и сила. Галя невольно замолчала и села на свое место.
— Я хочу, чтобы мы зажили вместе, одной семьей, но не здесь, в этом доме это невозможно.
— Я без мамы никуда не пойду! — выпалила Галя.
Степан с Натальей улыбнулись, а Галя, осознав, что выдала себя и фактически согласилась выйти замуж за Степана, опустила глаза и покраснела.
— Выходить за тебя или нет, решать не мне, но, если она захочет выйти за тебя, я препятствовать не буду. И вообще, если на твоем месте окажется кто-то другой, мое отношение к этому вопросу не изменится. Я не знаю, как там у вас сложится, но хочу предупредить, я отсюда никуда не уйду. Вы молодые, вам строить семью, а я буду тут доживать свой век, — после короткой паузы решительно произнесла Наталья.
— Мама, как доживать, ты что, ты же молодая, тебе всего тридцать лет, ты красавица, я тебя очень люблю и хочу, чтобы ты всю жизнь была со мной рядом.
Галя обняла мать, и на глазах у нее заблестели слезы.
— Ладно-ладно, девочка моя, давай послушаем Степу, он еще, как я понимаю, не все сказал.
Степан смотрел на женщин с нескрываемой нежностью и заботой и отлично осознавал, что если их разлучить, то никто из них не будет счастлив, а следовательно, надо приложить все усилия, чтобы все пошло правильно, то есть по его плану.
— Степа, ты что, заснул? Мама к тебе обращается, а ты молчишь. Продолжай же, мы ждем.