— Тебе славы мало, так ты еще захотел покрасоваться: «Смотрите, мол, какой я скромный!» Это что было с портретом? Ты его вешал? Какое ты, на хер, имеешь право трогать его, — распаляясь, почти перешел на крик председатель, — на пятнадцать суток захотел за хулиганку? Что молчишь?
Степан, волнуясь рассказал, что свой поступок считает не геройским, а безрассудным и даже преступным, и если кто и герой, то это напарник Андрея, своими правильными действиями спасший ему жизнь. Степан замолчал, председатель достал из коробки папиросу, долго в задумчивости разминал ее пальцами, наконец прикурил и, выдохнув клуб дыма, уже спокойно сказал:
— При твоем подходе любой подвиг можно представить, как безрассудный поступок, а это будет в корне неправильно. В жизни бывают ситуации, когда от человека требуются решительные действия, с риском для собственной жизни. Надо сказать, далеко не каждый на них способен, это порыв души, когда человек не задумывается над тем, что будет с ним, он делает то, что считает нужным в данный момент, конечно, он почти всегда при этом рискует своей жизнью, но если своими действиями он спасает кому-то жизнь, это подвиг, а человек — герой, как было в твоем случае, если же в результате оказывается, что его старания напрасны, их называют всего лишь неудачной попыткой, это печально, особенно, когда человек при этом сам погибает, но что поделаешь, такова жизнь. Так что ты, Степан, неправ, твой поступок — геройский и хочешь ты или не хочешь, но на твоем примере мы будем воспитывать молодежь, а тебя всячески поощрять и поддерживать. Ты молодой и такие вещи видишь по-своему, поживешь и поймешь, что сегодняшние твои умозаключения неправильные и даже вредные, а пока доверься мне и не мешай. Я тебе убедительно советую, чтобы то, что произошло сегодня, больше не повторилось. Договорились? — и не ожидая ответа, считая вопрос исчерпанным поменял тему разговора:
— Ну, как там строительство? Документы уже оформил?
— Со строительством все в порядке, документы оформлены, весной начну строить.
— Вот и отлично! Если возникнут проблемы, сразу ко мне. Лады!
И встав из-за стола, протянул Степану руку, давая понять, что разговор окончен. Степан вышел из кабинета. Разговор с председателем не поменял его отношение к своему «геройству», но добавился еще стыд за себя и за свой дурацкий поступок с плакатом.
Андрей продолжал оставаться в больнице, но уже мог передвигаться по палате без посторонней помощи. Степан приходил к нему почти каждый день, они долго и помногу работали, и наконец план работ по строительству дома был в основном готов, стал достаточно конкретным. Степану уже давно понял, что выполнить все работы за такой короткий срок, как хотелось, не удастся, даже если и с помощью Андрея, на которую он молча согласился. Необходимы были еще умелые рабочие руки, а где их взять, он не знал, как не знал, где взять некоторые строительные материалы, которые шахта не в состоянии дать. Опять на помощь пришел Андрей, со всем этим он пообещал разобраться сам, шутливо выразился: «Потому что я местный и мне проще ориентироваться на местности».
Наконец зима подошла к концу, и как только позволили погодные условия, Степан с Андреем приступили к строительству. Разметили участок колышками и уже скоро бригада землекопов, сформированная Андреем из местных шабашников, начала рыть траншею для фундамента гаража и одновременно котлован для подвала. По еще мерзлой земле завезли на подводах бутовый песчаник с террикона, и Степан практически в одиночку за пару недель возвел из него стены гаража. Прошла недолгая весна, а за ней лето.
Степан трудился на стройке все свободное от работы на шахте время. Галя и Наталья тоже проводили здесь большую часть своего времени, с перерывами на обед, т. е. они по очереди готовили дома еду и приносили на стройку. Андрей по мере возможностей помогал Степану, но по состоянию еще не совсем окрепшего здоровья, в основном, занимался вопросами организации и снабжения. Все бы ничего, но мешала свалившаяся на Степана слава, она поглощала много личного времени, приходилось присутствовать на различных общественных мероприятиях, бесцельно сидеть в президиумах всяческих собраний, давать интервью для многотиражки и многое другое.