Козлова, не ожидавшая от сдержанной и высокомерной Марии такого выпада, застыла, обдумывая возможные последствия для себя от подобного поединка. Бруджи, вне сомнения, сильны и быстры, но против власти над тенью, которой пользуются ласомбра, не известно, помогут ли её скорость и сила. Ревмира была упрямой, наглой и дерзкой, да, но глупой она не была, и ставить себя в проигрышную позицию не собиралась.
– А что, здесь, без способностей вашего клана, Вам слабо со мной сразиться? – прошипела Ревмира. Мария хищно улыбнулась:
– Здесь, моя дорогая, я, конечно же, сражаться с Вами не буду.
– Что, силёнок не хватает? – съехидничала бруджа, и тут же получила ответ, проиллюстрированный откровенно заинтересованным взглядом ласомбры:
– Ну, пожалуй, лишняя сила мне не помешает. Поэтому, если не угомонитесь и не перестанете нести чушь, я, пожалуй, выпью Вашу силу… Вместе с Вашей душой, разумеется.
Выражение лица Марии было настолько серьёзным и хищным, что даже безбашенная бруджа невольно сделала шаг назад:
– Вы не посмеете. За дьяблери Вас казнят.
Мария продолжала хищно ухмыляться:
– Меня-то, может быть, за дьяблери казнят… Но Вы, если станете моей жертвой, никогда об этом не узнаете. Что, всё ещё хотите продолжать претендовать на внимание Гвидо? – вампирша бросила взгляд в сторону того, кого сейчас защищала, и отметила, что в данный момент он выглядит не испуганно, как можно было бы ожидать, а сосредоточенно, и внимательно прислушивается к перепалке двух вампирш.
– Да подавитесь Вы им! – зло бросила Радмира и отвернулась.
Мария хмыкнула:
– Вот это вряд ли!
Сзади раздалось несколько отчетливых хлопков в ладоши— аплодировал Иван Кириллович:
– Браво, вы неплохо уели бруджу. Только вот угрожать дьяблери ей всё-таки не стоило. Вы же, на данный момент, всё-таки член Камарильи, а не Шабаша или Анархов.
Мария с улыбкой кивнула местному хозяину:
– Вы почти правы. Потому что угрожать не равно исполнить угрозу. Для обвинения в дьяблери нужны доказательства… – Мария сейчас блефовала, и ещё как. Если кто-то прочитает цвет её ауры, доказательства против неё тут же появятся. Но Иван Кириллович, похоже, решил не осложнять отношения с московской гостьей сверх необходимого, поэтому произнёс с отеческой заботливостью в голосе:
– Вечно вам, ласомбрам, власть в голову бьёт. Расскажите уж нам всем, чем этот человек оказался Вам так люб, что Вы из-за него сородичу жестокой расправой и мучительной смертью угрожали?
Мария спокойно пересказала всё, что услышала от Гвидо, и добавила:
– Если всё так, с Гвидо в любом случае придётся снимать воздействие, чтобы вернуть заблокированные воспоминания. Да и в целом случай не обычный, поэтому я хочу держать его под контролем.
– Понятно. Ладно, вижу, мужика вы поделили. Давайте двигаться дальше, ночь не бесконечна. Понимаю, что у нас с Вами разные приоритеты, Мария: я хочу, чтобы в городе царил порядок, а для этого у города должен быть князь и прочие… Хм… Бюрократические вампирские структуры. А вы хотите понять причины, приведшие к Зарнице. Не имею ничего против, давайте двигаться по обоим направлениям одновременно, но только двигаться, а не стоять на месте…
Московская гостья согласно кивнула. Мария сейчас не показывала этого, но нахальная девчонка-бруджа вывела её из себя едва ли не сильнее, чем ласомбра могла себе позволить. Потому что дьяблери, которым Мария пугала Ревмиру, было не способом устрашения выскочек, нет. Оно было прекрасным способом решить проблему, раз и навсегда.
11
После встречи с сиром своего сира Мария заметно изменилась. Для всех, кто смотрел на неё со стороны, было ясно: новообращённая вампирша наконец-то приняла свою судьбу, полностью примирилась с тем, кто она, и стала развивать дар своего клана, чтобы стать сильнее. Такое отношение к собственной не-жизни вампиры понимали и ценили, так что, на их взгляд, ничего подозрительного в изменениях неофитки не было.
Кроме того, молодая вампирша даже внешне стала немного походить на своего сира, как минимум — манерой поведения. Бернардо, может, и не говорил об этом вслух, но такая перемена в подопечной ему весьма импонировала, поскольку означала, что воспитание потомка наконец-то стало давать свои плоды, да ещё и так удивительно быстро.
Она перестала к месту и не к месту упоминать Господа, хотя ласомбра, по сравнению с другими вампирскими кланами, были весьма религиозны, и часто при взаимодействии с людьми выбирали себе роль пастырей.
Зато высокомерие и желание властвовать из вампирши так и пёрли. Мария изо всех сил старлась не переиграть, быть просто немного (главное, что узнаваемо) похожей на Бернардо, а не пародией на своего сира. Конечно, кто ещё смог бы стать для неё образцом для подражания, раз уж именно доверия сира она должна добиться. Это важно. Без этого не обойтись.