- Впрочем, ее можно будет научить снова большинству этих вещей ходить, сидеть, двигаться, есть. Она сможет научиться говорить. Нужно время, чтобы понять, насколько она сможет восстановить сознание, - сказал он. Но Пейдж была готова на все, на любой труд, только бы вернуть дочь к нормальной жизни.
После того как Хаммерман ушел, она позвонила Тригви и рассказала ему, что произошло.
- Минуточку.., минуточку.., успокойся... - На озере у него был сотовый телефон, и он плохо слышал ее. Он расслышал, что доктор говорил Пейдж что-то о моторных функциях, но не до конца понял, что именно. - Повтори это еще раз.
Она плакала и смеялась одновременно, и он не мог понять, что она говорит.
- Она говорила со мной.., она говорила! - На этот раз Пейдж почти кричала в трубку, и он чуть не выронил ее из рук от неожиданности. - Она очнулась.., она открыла глаза.., увидела меня и сказала "мама". - Это был самый радостный миг в жизни Пейдж, с тех пор как Алисон появилась на свет.., и с того дня, как они поняли, что Энди выживет. - Тригви... - Она не могла больше сказать ничего связного и только плакала, и у него на глазах тоже выступили слезы. Дети окружили его, они хотели знать, что же случилось плохое или хорошее? Со слов отца пока это было невозможно понять.
- Мы приедем сегодня вечером, - быстро ответил он. - Я позвоню тебе. Мне нужно рассказать все детям. - Пейдж положила трубку и снова побежала в отделение, а он рассказал детям, что Алисон вышла из комы.
- Она выздоровела? - спросила пораженная этой новостью Хлоя.
- Об этом рано говорить, моя дорогая. - Он обнял ее.
Хоть бы Алисон выбралась из своей болезни. Тригви все время мучила мысль, что из двух девочек именно Алисон приняла на себя такие мучения. Но в душе он был рад, что судьба пощадила Хлою.
Вечером все они приехали в Росс, но Алисон к этому времени снова заснула - на этот раз обычным сном.
С нее уже сняли маску аппарата искусственного дыхания, но оставили в палате интенсивной терапии, чтобы наблюдать за развитием событий.
- Что она сказала? - потребовала подробностей Хлоя, когда все они расселись вокруг стола на кухне Торенсенов.
- Она сказала "мама". - Пейдж, всхлипывая, рассказала им все подробно. За ней начали всхлипывать Хлоя, Тригви и даже Бьорн, который всегда начинал волноваться, когда люди плакали. Во время рассказа Пейдж с Энди сидели, держась за руки.
Пожалуй, это был самый счастливый день в их жизни.
На следующий день Пейдж взяла с собой в госпиталь Хлою. Алисон открыла глаза и долгое время смотрела на Хлою, не узнавая ее. Потом наморщила лоб и сказала, обращаясь к матери:
- Девочка. Девочка. - Подняв руку, она указала на Хлою.
- Это Хлоя, - поправила ее мать. - Хлоя твоя подруга, Алли.
Алисон снова посмотрела на Хлою и кивнула - было похоже, что она узнала Хлою, но у нее не было слов, чтобы сказать об этом. Словно она очутилась в другой стране.
- Мне кажется, она узнала меня, - сказала Хлоя, когда они вышли из палаты, но отцу она сказала, что Алисон никак не смогла дать понять, что узнала ее.
- Ничего, нужно дать ей время оправиться, ей предстоит пройти еще длинный путь, прежде чем она полностью вернется к нам. - Если она сможет все-таки одолеть его.
- А как долго это будет продолжаться, папа?
- Не знаю. Доктор Хаммерман сказал Пейдж, что это Может занять несколько лет. Может быть, два или три года. - К тому времени ей будет восемнадцать лет, и ей придется сначала учиться тому, как сидеть, как ходить, как есть вилкой.., говорить по-английски... Все-таки это ужасно!
Вечером Пейдж рассказала им, как прогрессирует Алисон. Теперь ею занимались сразу несколько врачей: физиотерапевт, специалист по моторным навыкам, логопед, работавший с больными, страдающими афазией или потерявшими речь после инсульта. В общем, следующие несколько месяцев она будет очень занята, и Пейдж тоже.
- А как же Тахо? - спросил ее Тригви ночью. Они собирались утром ехать обратно, и он хотел забрать с собой Энди после того, как тот посетит сестру в госпитале.
- Не знаю, - расстроенно ответила она. - Я не могу теперь оставить ее. - Что, если она снова погрузится в кому? Что, если она перестанет двигаться и говорить?
Правда, доктор Хаммерман сказал, что это теперь невозможно и ее можно спокойно оставить тут одну.
- Почему бы тебе не подождать неделю-другую? Ты можешь приехать попозже и вообще каждые несколько дней приезжать в Росс. Если хочешь, я буду отвозить тебя, ты будешь проводить там ночь, а утром возвращаться назад. Это нелегко, но все-таки легче, чем тебе пришлось в эти четыре месяца. Что ты об этом думаешь? - Он всегда был готов сделать что-нибудь для нее, чтобы облегчить ее жизнь.
- Это было бы неплохо. - Она улыбнулась и поцеловала его.
- Может быть, на этот раз мне стоит взять с собой Энди? Ему должно понравиться. - Они оба волновались - а что, если Алли не узнает его с первого раза! Тогда лучше всего увезти его и немного развлечь.
- Да, он будет в восторге, - согласилась она. Тогда у нее останется больше времени для Алисон - работы теперь прибавилось.
- Тогда на следующей неделе я заеду за тобой, и если это будет слишком рано, то мы проведем пару дней вдвоем, а ты приедешь еще через неделю.
- Слушай, почему ты делаешь для меня столько хорошего? - прошептала она ему на ухо, и он притянул ее ближе к себе.
- Потому, что я хочу тебя всячески соблазнить, - ответил он.
Когда Алисон проснулась, Пейдж сразу позвонила Брэду в Европу, и он был искренне рад. Он сказал, что не может дождаться их встречи. Но когда она произошла, он был расстроен точно так же, как Хлоя и Энди перед отъездом на Тахо, - он-то думал, что она воскликнет "папа!" и бросится к нему на шею, а вместо этого она подозрительно посмотрела на него, потом кивнула и сказала Пейдж:
- Мужчина. - Это было все, что она смогла сказать за несколько минут. "Мужчина". Она смотрела на него, мучительно пытаясь вспомнить, где же видела это лицо, и только когда он уже повернулся, чтобы выйти, она прошептала: