Выходил из апартаментов маньяка, перелазил через забор я в абсолютном раздрае. В душе царило смятение, удовлетворение и апатия. Вспомнились слова Беннер о том, что некоторые моменты она предпочла бы забыть и я согласился с ней про себя. Те двадцать девять картин останутся со мной надолго. Дико захотелось напиться.
— Я знаю небольшой бар в часе езды, мы его проезжали, пока ты спал. — Спокойно проговорила Юрико, заводя машину. — Там всем плевать на возраст. Заедем?
— Заедем, — кивнул я, криво улыбнувшись. «Чудесная женщина — как бы не влюбиться», — подумал и хмыкнул на свои мысли.
Пока ехали к бару мимо нас пролетел байк с седоком. Промелькнул на бешеной скорости, но вроде бы это тот самый красавец, которого я разглядывал в кафешке. Только вот наездница прилично так излучала в тепловом спектре. Уж не Призрачного Гонщика ли мы встретили? Хотя… Плевать, наоборот хорошо. Я постарался убить именно так, как Джонни Блэйз в первом фильме казнил своим Карающим Взором, то что тут мимо мелькает местная его версия — даже хорошо. Правдоподобнее будет выглядеть предположение, что за Клетусом пришел один из Духов Мести.
***
От Автора:
Рейн Синклер из предыдущей главы была переписана — теперь у неё прическа каре.
Глава 37
Приехали в бар — что-то явно недорогое, но и не уровень рыгаловки, с небольшой ночлежкой рядом. Снял костюм в салоне автомобиля и уложил его в чемоданчик рядом с маской, оставив на себе только цивильный наряд и ботинки. Издалека и так сошло-бы, а вот внутри помещения — можно и спалить нестандартную экипировку. На стоянке было припарковано несколько байков и пара автомобилей. Весь транспорт такой… Внушающий. Форд Мустанг 67-го года даже на пару секунд всколыхнул в душе восхищение напополам с завистью. Шикарная тачка, судя по ухоженному виду — явно любимая машина какой-то ценительницы.
Внутри помещения было сумрачно, накурено и стильно. На стенах фотки каких-то местных металлюг, гитары, а над самым баром, на цепях, висел довольно старый харлей без колёс. Вдоль стен стояли диванчики и низкие столы, сам зал был наполнен простыми двух-четырёхместными столами с массивными деревянными стульями. На заднем фоне звучал приятный медленный рокешник. Аутентичненько, однако.
Под взгляды десятка посетительниц присел за один из столиков в стороне, пока Юрико брала в баре напитки. Вернулась ко мне японка с бутылкой виски и двумя квадратными бокалами. Пока ставила всё на стол к нам подошла бармен и донесла маленькое ведёрко льда с щипцами и тарелочку с ломаным тёмным шоколадом.
Женщина, чуть старше сорока, поставив то и другое на стол, мазанула по мне любопытным взглядом, а потом прошлась неодобрительным по японке. Последней, впрочем, было абсолютно по барабану, она вскрывала бутылку под шаги удаляющейся барменши с лицом равнодушным и холодным. Разлив в оба бокала по паре пальцев напитка, кинула себе два кубика льда и вопросительно посмотрела на меня.
Посмотрел на лёд, на виски в бокале и, подумав, что лучше бы она взяла водки, резко выдохнул и, под удивлённым взглядом Ояма, опрокинул всё содержимое в себя. Опыт потребления спиртного, судя по всему, пронёсся через всё второе детство и скилл потерян не был. Так что, занюхав рукавом и слегка передёрнув плечами, кинул в пасть кусочек горького шоколада. Горячая волна разливалась в желудке, но привкус вискаря заставлял морщиться. Ну не любитель я этого напитка. В прошлой жизни был человеком простым — врезать пивка, если хочется расслабиться, или водочки, если хорошо погудеть. А коньяки, скотчи всякие, да виски вниманием обходил. Еще вина белые, грузинские уважал, но их под вкусный ужин обычно попивал с супругой.
За соседним с нами столиком кто-то удивлённо крякнул, но я даже не оглянулся, набулькивая себе следующую порцию. Как говорится: чем больше выпьет комсомолец, тем меньше выпьет хулиган.
—… — Выразительно промолчала на меня Юрико.
—… — Пожал я плечами.
—… — Покачала головой Сенсей.
— Мне не понравилось, — вздохнул я. — Хотя, по-другому я бы и сейчас не поступил.
— Нормальному человеку и не должно такое нравиться. Что ты почувствовал? — В голосе девушки слышалось любопытство и, сделав маленький глоток, она вынула из кармана пачку сигарет. Неожиданно, не знал, что она курит. Увидев удивление в моём взгляде, японка только пожала плечами и с ожиданием уставилась на меня.
— Брезгливость, злорадство, облегчение и опустошение. А еще чувство… как будто всё правильно.