Стоило оказаться дома и организм, ещё пять минут назад державшийся бодрячком, внезапно сдал позиции. Да, переживаю за ребят. Да, надо стол вынести с кухни, и при всём желании Лена сможет его только до дверей в комнату Антонины Ивановны дотащить. Дальше ей проход заказан. Но глаза закрываются. Существуют лишь два желания: попасть в туалет, и завалиться в кровать. Жаль их совместить нельзя…
— Ты иди, мы управимся… — заверила меня бабуля. — Тебе тяжести таскать нельзя. А я не такая немощь, какой кажусь.
Поздно спохватились. Как вспомню какие чемоданы мы тащили сбегая из Куйбышева в Ленинград… На фоне их все прочие тяжести меркнут.
Стыдно, но спорить я не стала. Скинула куртку. Заскочила в туалет. И оттуда, даже руки не помыв, по стеночке, наполовину заснув уже на ходу, отправилась в свою комнату. Сквозь дрёму слышала как грохотали за дверью перетаскивая мебель.
— Ты за неё отвечаешь… — донеслись слова Антонины Ивановны и послышался звук закрываемой входной двери.
"Куда это она?!" — мелькнула мысль, вместе с порывом подскочить и догнать… Но сила притяжения оказалась сильнее, и я буквально провалилась в глубокий сон. Не слышала даже как Игорь с работы пришел. И лишь на утро задалась вопросом: а что вчера вечером было?
Едва шевельнуться успела поутру, как подскочил Игорь и скомандовал:
— Умывайся, одевайся…
— Куда? — сонно потирая глаза, поинтересовалась я.
— В консультацию женскую. Прием утром. Оттуда в ЗАГС, заявление подать. Потом в Пупышево.
— Куда? — как попугай заладила я.
— На дачу. Потом объясню. Вставай.
— Чаю хоть дай попить… — буркнула я и ничего не понимая прошлепала в ванную.
Поздоровалась с Леной и Антониной Ивановной. Стол к этому моменту уже стоял на своём обычном месте.
Из квартиры выгрузились всей толпой. Утрамбовались в машину. Всё молча. Без комментариев. Еду. Ломаю голову: с каких пор районные медучреждения работают по воскресеньям?
— Сиди… — Антонина Ивановна остановила мой порыв выйти возле женской консультации. — Я быстро.
— Что вообще происходит? — глядя ей вслед, буркнула я, но меня услышали.
— Валерка с Ритой пропали. В их квартире погром. Вам в городе находиться небезопасно, — наконец-то хоть что-то пояснил Игорь.
— То есть вот так возьмём и сбежим?! А как же ребята? — воззрилась я на него.
— Без тебя разберемся. Антонина Ивановна свела с нужными людьми. Я не один теперь. Не переживай, — добавил он, видя что я собралась спорить.
Лене ясно кто может угрожать, а я тут причем и бабушка? Мне завтра на работу. И как быть? Прогуливать? В то время, когда в столовой и на кухне работать некому? Полнейшая безответственность. Не лучшая характеристика для приезжей, желающей обустроиться в школе на постоянку.
Глава 10
— Всё, вот твоя справка, — сев в машину Антонина Ивановна протянула мне бумажку. — Для ЗАГСа. И больничный тебе открыли. На работе проблем не будет.
— А Лена как? — я взглянула на коллегу.
— Я вчера вечером позвонила. Наплела с три короба о том, что срочно уехать пришлось в другой город, — отозвалась женщина.
Вряд ли кого-то из начальства порадовал такой расклад.
Следующий пункт должен был быть самым волнительным для меня. Всё же заявление на вступление в брак с любимым человеком подаю. Это не та жизненная необходимость что осталась в прошлом при регистрации с Плоткиным. Там всё было помпезно, и абсолютно безэмоционально, потому что вынужденно. А тут на фоне всех происходящих событий впечатления померкли. Нас о чем-то спросили. Что-то записали. Взяли документы. Выдали листики напоминания о дате знаменательного события. Можно подумать Корзухин даст мне об этом забыть!
Дорога до дачи показалась вечностью. Игорь рулил. Я держа в руках карту исполняла роль штурмана. Ехали часа три. Если не дольше. Началась болотистая местность. Сразу представились сонмища комаров и кровососущей мошкары. Я даже усмехнулась. Сбежать от одних кровососов к другим.
Массив только начал осваиваться. Дороги изъезжены грузовиками. Местами положен асфальт. Но уже разбит настолько, что без него было бы лучше. Машина переползала то одну колдобину, то другую. Игорь недовольно ворчал. По обочинам виднелись разметки будущих участков. Повсюду прорыты мелиоративные канавы. Выделены дорожки первых линий садоводств. На одну из них нам Антонина Ивановна и велела въезжать.