Мирабель мягко и восхищенно улыбалась, глядя на свою невероятно довольную дочь и гладя ее по пушистым волнистым волосам. Каждый день она спрашивала, не делал ли или не говорил учитель чего-то странного, чего не должны были знать остальные ребята. Умная девочка сразу же поняла, что имела в виду мать. И каждый раз отрицательно мотала головой. Но вот сегодня она сама подняла эту тему.
- Завтра мистер Ридж попросил тебя зайти в школу, - торжественно объявила она, аккуратно раскладывая на столе в гостинной свои тетрадочки - она собиралась еще немного поучиться, потому что это было страсть как интересно.
- А мистер Ридж сказал, о чем именно он хочет поговорить? - спросил Брендон, в этот момент сидящий с газетой на диване.
- Нет, - девочка покачала головой. - Но ты не переживай. Сегодня он вызвал маму Томаса. А вчера - обоих родителей Ника. Мне кажется, он каждый день вызывает чьи-то родителей. Знакомится, наверное.
- Наверное, - машинально ответил молодая женщина, несколько раз качнув головой.
- Он мне нравится, наш учитель, - неожиданно серьезно сообщила Габи, выразительно заглядывая в глаза матери. Та удивленно изогнула брови. К чему это она? - Ты его не бойся, он не плохой, мамочка. Он ведь такой же, как я.
Не в силах сдержать порыв неожиданно сильных чувств, Мирабель крепко стиснула дочку в своих объятьях. Та не очень-то любила нежности, если сама их не просила, но в этот раз терпеливо ждала, пока молодая женщина первой ее не отпустит и ничем не выдала свое недовольство. Мирабель была ей за это благодарна и, оставив дочь с так понравившимся ей уроками и заодно на попечении Брендона, отправилась в свою спальню.
Почему-то ей захотелось заранее подготовиться к этой встрече. А еще совершенно неожиданно и необъяснимо появилось желание быть красивой. Это спонтанное чувство удивило ее, и девушка долго смотрела на себя в зеркало. Пытливый взгляд ее необычных янтарных глаз строго и оценивающе разглядывал все мельчайшие подробности тела и лица. Она смотрела на него, узнавая все детали, но одновременно видела как будтовпервые.
И мужчины, и женщины отмечали ее красоту, правда, делали это по-разному. Но Мирабель всегда относилась к этим комплиментам с легким недоумением. Она понимала свою красоту, но относилась к ней с равнодушием, как и к внешности любого смертного. Разумеется, бывшая ангелица не была слепа, но особое воспитание не приучило ее оценивать внешние изъяны или, наоборот, привлекательность. Гораздо более важными были внутренние качества человека - его доброта, отзывчивость или злость, зависть и высокомерие. Она не видела особой разницы между маленькой и неказистой продавщицей с косоглазием из городской аптеки и миловидной домохозяйкой миссис Вроч, у которой была совершенная фигура и очаровательное округлое лицо с ласковыми серыми глазами. И та, и другая обладали очень легким нравом, постоянно улыбающимися губами и отличным чувством юмора. Обе они относились к Мирабель с необычайной лаской и участием, то и дело баловали Марию-Габриэль и никогда не скупились на похвалу.
Мирабель пыталась рассмотреть себя глазами смертных. Да, наверное, она и правда была красива. По их меркам. Фигура стройная, но с округлыми, хоть и не полными, бедрами и грудью. Плоский животик. Точеные ноги и руки и приятными изгибами. Кожа мягкая и гладкая, без волос, родинок и шрамов, не считая, конечно, верхней части спины - потому-то девушка никогда не носила платьев с тонкими лямками или майки. Но не потому, что стеснялась этого изъяна, а лишь из-за неприятного чувства стыда за совершенный, пусть и по собственной воле, но грех. У нее были самые длинные волосы среди местных женщин, те восторгались и часто открыто выражали удивление и зависть. Спрашивали - не трудно ли ухаживать за ними? Нет, Мирабель не было трудно. Почти все ангелы носили длинные волосы, даже мужчины. Не такие длинные, конечно, всего лишь до лопаток, но это было привычно и традиционно. Девушка любила пользоваться всякими масками и бальзамами, из-за которых ее волосы приобретали чудесный аромат, но и без всех этих косметических средств сметных они росли густыми и шелковистыми, послушными расческе и ее рукам.
Пожалуй, лицо было слегка худым - слегка выдавались скулы, а глаза из-за этого казались просто огромными. Цвет их, кстати, был красивым - наверное, из-за того, что напоминали застывшую много веков назад смолу. В обрамлении длинных и светлых ресниц они напоминали глаза фарфоровых куколок, которые коллекционировала миссис Вроч и отдавала за каждую просто баснословные, по мнению горожан, деньги.