Мужчина указал на стоящие в углу кабинета кресла. Самые обычные кресла, низкие, на толстых и устойчивых ножках, без подлокотников. Стояли они так близко друг к другу, что Мирабель мгновенно представила, что, сидя в них, они наверняка с учителем будут касаться друг друга коленками. И эта мысль в очередной раз бросила ее в жар, а сердце заколотилось как бешеное.
Мирабель чуть за застонала. Да что с ней происходит? Такое количество эмоций за столь короткий промежуток времени был незнаком ей. Они волновали ее и смущали, вызывали праведное негодование. Хотелось развернуться и позорно убежать прочь из кабинета. Но девушка упрямо стиснула зубы и стремительно прошествовала к креслам. Сняв со спины свой неизменный рюкзачок и аккуратно подобрав платье, чинно уселась с прямой спиной и выжидательно уставилась на учителя. Вслед за ней сел и он, и их коленки и правда соприкоснулись, как ни старалась девушка отдалиться. Но их с нефилимом ноги были слишком длинны, потому в итоге пришлось стерпеть эту непозволительную близость.
Откинувшись на спинку, мистер Ридж заговорил своим мягким, удивительно поставленным и красивым голосом:
- Пожалуйста, не беспокойтесь. Никаких особых причин для вашего присутствия здесь нет. Но так как в вашем дружелюбном городе я человек пришлый и новый, я посчитал своим долгом познакомиться с его жителями поближе и особенно - с родителями своих учеников. Вы не первая, кто побывал уже здесь, и я продолжу знакомства и потом. Надеюсь, вы понимаете меня.
Мирабель кивнула. Сказанное им лишь подтвердило ее собственные мысли и догадки Габи.
- Я считаю, что школа и родители должны работать в тесном сотрудничестве и не иметь друг от другов никаких секретов, - продолжил говорить мистер Ридж, пытливо глядя на нее, - Поэтому, миссис Смолл, не сочтите за грубость или неуважение, но ответьте честно: Мария-Габриэль - ваша родная дочь?
Девушка испуганно вскинулась. Ее спина, и без того прямая, изогнулась еще сильнее, и глаза мужчины тут же опустились ее грудь. Мирабель этот взгляд заметила и смущенно хмыкнула.
- Отчего такие мысли, мистер Ридж? - спросила она глухо из-за мгновенно пересохшего горла, хотя взволновал ее вовсе не вопрос. Они с Габи были слишком разными и непохожими друг на друга, поэтому люди, естественно, сомневались в их родстве. Но Мирабель и Брендон всегда ссылались на гены почившего отца малютки. Потом она добавила, - Это имеет какое-то особое значение?
- Нет, не имеет, - ответил мужчина, снова поднимая глаза на ее лицо, - И все-таки ответьте.
- Мария-Габриэль - моя племянница. Ее родители умерли, и я взяла на себя обязанность воспитать ее. Девочка не знает этого и считает меня своей матерью. Я прошу, чтобы так оставалось и впредь.
- У вас есть какие-то особые причины скрывать ее происхождение? - пытливо спросил учитель, неожиданно оживляясь, - Габи почему-то может стыдиться своих родителей?
- Нет, - слишком быстро ответила Мирабель и сразу стушевалась, - Просто так проще…
- Все дело в том, что она - нефилим? - быстро спросил мистер Ридж.
Мирабель тут же вскочила, испуганно расширив свои и без того большие глаза.
Вот и все. Как быстро все встало на свои места. И правда, к чему скрывать очевидное? Этот мужчина не мог не почувствовать родную себе силу, что таилась в теле девочки. Не мог не отметить ее особенности и дар, которые, наученная своей приемной матерью, Мария-Габриэль умело скрывала, но от знающего и чувствующего всё собрата-нефилима скрыть была не в состоянии. Это была так же нереально, как и скрыть цвет своей кожи, не используя каких-то специальных косметических средств или краску.
Неожиданная улыбка растянула чувственные губы мужчины, и он махнул рукой.
- Не волнуйтесь вы так, миссис Смолл, - сказал от почти нежно, - Мой вопрос продиктован лишь ественным желанием понять своих учеников и при необходимости помочь им. А также их родителям. Ведь и от вас не скрылась моя истинная природа, я прав?
Мирабель сдержала порыв заломать в исступлении руки. Жуткий страх сковал ее сердце - страх за девочку и себя, чувствующей до сих пор чужой в этом мире. По какой-то причине она боялась этого нефилима. Ведь, не считая Габи, он был первым нефилимом, встретившейся ей.