Причем с каждым годом законы ужесточались и ужесточались, наказывая тех, кто пользовался беззащитным положением подключенных, а совсем недавно, когда в Россию вернули смертную казнь, часть таких преступлений стала попадать и под высшую меру. Вот тут уж все стали серьезно относиться к законам, и таких случаев стало меньше. Хотя наши неблагополучные социальные дома еще грешили подобными преступлениями, но все же таких случаев становилось все меньше.
Впрочем, я отвлекся. Подключив все системы и проверив связь коконов со службой патронажа, мы сдали квартиры им на охрану и наконец смогли войти в игру.
Загрузка.
Первое, что я отметил, когда появился в третий раз на том же самом лугу, это новые ощущения, которых не было со шлемом внука. По коже теперь дул ветерок, волосы на руке чувствовали все его колебания. Запахи стали чуть ярче, а прикосновения к траве и воде вызывали мурашки на коже. Мы переглянулись с Виктором — деньги явно были потрачены не зря.
— У меня план, — мы заняли позу мыслителя и стали вяло переговариваться, наслаждаясь моментом, при этом четко осознавая, что скоро все завертится и повторить момент может не получиться.
— Валяй, рассказывай.
— В общем, я проанализировал твой рассказ. Поскольку ты уже решил идти по пути убийцы НПС и прокачки способности «Человек-неприятность», то так это и оставим. Поскольку при любой смерти с тебя будет падать полностью вся экипировка и инвентарь, то одевать тебя будем по остаточному принципу. Я буду развивать своего персонажа сином, чтобы прикрывать тебя маскировкой. Тебя же развивать мы пока не будем, а продолжим убивать НПС для заработка денег. Спешить расти по уровням мы также не будем, ведь наша цель — максимум денег. Согласен?
— Как будто есть особый выбор, — согласился я, — с моим венком ни один НПС со мной торговать не будет, так что ни при каких условиях ты не должен об них краситься.
— Принимается, — согласился он, — далее предлагаю остановиться на роли ПК. В гильдии не вступаем, группы не образовываем, убиваем одиночек и получаем лут.
— Ты поэтому такого щуплого сделал себе перса? — улыбнулся я.
— Да, твой внук играет дольше и знает, что советует, поэтому я решил последовать твоему примеру.
— Что еще? — спросил я.
— Я прочитал и запомнил все ближайшие посты стражи, так что эти дни мы с тобой будем очень заняты. Нужно обойти их как можно больше до рестарта сервера. После него пройтись еще раз, посмотрим, сколько сможем накопить, и тогда определимся с дальнейшими планами.
— Ну тогда в путь, — заключил я, вставая с земли «скрепкой». С каждой минутой в этом мире я чувствовал, что молодею вслед за своим новым телом.
Не стоит и говорить, что с хозяином гостиницы мы разобрались привычным методом, но вот со стражей пришлось повозиться, выманивая на них разное зверье. Надо сказать, что для меня с Виктором принцип прокачки в этой игре напомнил старые добрые времена «ульты». Профессии, скилы, да и вообще любые навыки здесь качались не закидыванием в них очков, полученных при повышении уровня, а они сами повышались, когда ты делал что-то конкретное. Если хотел повысить навык использования меча, будь добр бейся и махай им, если хочешь стать кузнецом — куй вещи. Если хочешь стать незаметным, делай все, чтобы тебя не замечали: обмазывайся грязью, вешай на себя пуки с травой, ползи, в общем, будь незаметным.
Поскольку краситься ему было нельзя, то всю работу по натравливанию зверья на стражу выполнял я. Количество моих смертей только за этот день перевалило за тысячу, ведь монстрам было все равно кого кусать. Иногда я доводил их до ворот, но они критом убивали меня и только потом принимались за стражу.
Как и в реальном мире, тут были такие показатели, как сытость и усталость, но до десятого уровня, чтобы игрокам лучше влиться в игру, они были отключены, чем мы беззастенчиво пользовались. Убив стражников, я заработал пару процентов для своего странного навыка и кучу отрицательной репутации с королевством, но не глядя отключил эти уведомления, практической пользы я в нем не видел. Особое удовольствие мне доставлял вид Виктора, ползающего туда-сюда по деревне, стараясь не попадаться на глаза деревенским жителям. Как только его обнаруживали, маскировка падала и навык невидимости переставал расти, поэтому ему приходилось хорошо трудиться.