Дело в том, что эту парочку закадычных друзей я знаю очень давно, можно сказать, с ясельного возраста.
Да что там скромничать!
Мы даже на горшках вместе сидели и вместе манную кашу трескали.
Знаю их, как облупленных, и прежде в склонности к суициду они замечены не были. Даже, наоборот, живчики были ещё те. Дня не проходило, чтобы они в какую-нибудь авантюру да не вляпались.
Учителя, помнится, навзрыд рыдали, когда они в восьмом классе школу чуть не подорвали, когда с её крыши пытались ракету в космос запустить.
Многие, подозреваю, очень надеялись, что из тайги они не вернуться, куда отправились себя на прочность испытывать. Им тогда и 16 ещё не было. Поэтому некоторые были явно разочарованы, когда они не только вернулись, а ещё и других подростков, в частности меня, на подобную авантюру подбивать стали.
Не могу сказать, что являлась их третьим мушкетёром. Если быть точной, я была их скорой помощью, которой они доверяли немного больше, чем другим. У меня ведь был очень серьёзный, как на их взгляд, недостаток – я была девчонкой, хотя и проверенной, но всё же не пацаном. Впрочем, это не мешало Вовке с Жориком звать меня Витьком и через некоторое время после окончания школы научить «соображать на троих».
Ребята так и не остепенились. Всё также испытывали себя на прочность, отправляясь в разные рискованные экспедиции. Всё также презирали слабый женский пол, делая исключение лишь для меня, как для испытанной годами палочки выручалочки. И даже увлечение компьютером у них тоже было совместным. Этот неожиданно открывшийся в них талант давал возможность ребятам неплохо зарабатывать. Хотя деньги не имели в их глазах особенной ценности, но они помогали осуществлять их самые экзотические мечты.
Обо мне приятели тоже не забывали, и жить мне спокойно не давали. Парочка моих разводов, можно сказать, на их совести.
Ну, первого мужа они, грубо говоря, соблазнили романтикой дальних походов в места, где ещё не ступала нога человека, и, в конце концов, свели-таки из дому. Как ушёл в очередной поход, так до сих пор и не вернулся. Даже о сыне у него родившемся не узнал. Парни потом мне клялись и божились, что честно его уговаривали вернуться в лоно семьи. Но он отказался, сказав, что нашёл своё призвание и свобода, как оказалось, ему дороже.
Второй муж от меня сам сбежал, заявив, что Вовика с Жориком я люблю больше, чем его. Правда, вначале он ещё пытался ставить меня перед выбором, но ультиматумов я с детства терпеть не могу. К тому же, парней своих знаю с пелёнок, а этого красавчика все-то пару-тройку лет.
Так о каком выборе могла идти речь?
Даже дети мои Вовку с Жоркой за своих считают. Сына они с премудростями компьютеров с малолетства знакомили, уверяя, что у меня гений растёт – весь в них видать пошёл. Непонятно только с какого боку они к его появлению на свет причастны. Хотя, с другой стороны, ведь это они меня с Саней из роддома забирали и даже о цветах вспомнили, чем поразили меня тогда до глубины души.
Ну, а из дочки они всё пытались настоящего парня воспитать. Теперь у неё чёрный пояс по каратэ, и все местные хулиганы перед ней на задних лапках ходят и честь отдают. Ребята моей малышкой искренне гордятся и всякий раз намекают, что мне до неё ещё расти и расти.
Но, когда их жизнь прищучивает, они по-прежнему ко мне, к своей скорой помощи бегут. В прошлый раз, когда Жорка ногу об витрину разбил – не понравилось ему её лживое содержание, видишь ли, так ввалились оба окровавленные, прыгая на трёх ногах.
Вот и теперь, явно что-то серьёзное у них случилось, хотя на первый взгляд внешних повреждений не наблюдалось. Но адекватность тоже отсутствовала.
- Что случилось-то? – попыталась выяснить я, заваривая себе кофе.
Выданная ими информация поразила до икоты.
- Я влюбился! – выдохнул Жорка.
- Я женился, - умирающим голосом простонал Вовка.
- Ну, вы, блин, даёте! – ошалела я от новостей. – А записка-то, зачем вам понадобилась?
- Так жизнь же кончилась! – в один голос простонали будущие покойники.
Вид у обоих был совсем отчаявшийся, словно у бравых боевых петухов, которых ощипали, но сварить забыли.