Выбрать главу

Утешал меня всякий раз Серёга своей неизменной фразой:

 

- Миха, не парся! На то они и кони, чтобы ржать! Пошли, выпьем успокоительного.

 

На успокоительное я уже давно не вёлся. Чувство долга брало верх над чувством огорчения и я приступал к своей обязанности, присматривания за Серёгой.

Именно это обязательство, данное сестре, сыграло со мной злую шутку. Моё постоянное, молчаливое присутствие за спиной у приятеля, воспринималось окружающими не иначе как профессиональная обязанность по охране объекта. Молодые люди почему-то презрительно называли меня «халдеем» и игнорировали все мои попытки к общению. Я чувствовал себя обиженным и одиноким. И, невзирая на все Серёгины призывы, продолжал «парится».

Скучная история одного принца 2

К счастью, на одной из вечеринок каким-то нечаянным образом вдруг обнаружилось, что у меня абсолютный слух и довольно сильный голос. Я легко улавливал все нюансы мелодии, поражая присутствовавших здесь музыкантов. Думается, это у меня от мамы, которая часто пела мне в детстве колыбельные, наколдовывая крепкий сон.

С этого дня я пристрастился к музыке, самозабвенно изучая игру на гитаре.

Мои способности привели Серёгу в восторг и он всячески поддерживал меня. Даже обучил некоторым русским песням, часто прося спеть, как он выражался «для души». Особенно он любил песню про маму, которая ждёт сына домой. Слушая эту песню, он смахивал скупую мужскую слезу, подбадривая меня фразой:

 

 

- Жарь Миха! Жарь!

 

Исполняя эту песню, я тоже скучал по маме, но воздерживался от проявления эмоций, помня о подобающем моему титулу поведении. Однажды я спросил у Серёги, после очередного исполнения этой песни, почему бы ему и в самом деле не проведать маму.

На что мой друг мне ответил исчерпывающе кратко:

 

- Я бы проведал Миха, если бы знал, где эта шалава шляется?

Видишь ли, дружище, после того как она, конечно, случайно, забыла меня в роддоме на Вознесенской и отбыла в неизвестном направлении, мы с ней больше не встречались.

 

Я решил больше не касаться этой, болезненной для моего друга темы, но всё так же покорно пел по его просьбе.

 

Родные уже неоднократно намекали мне в письмах, что пора бы уже заканчивать с учением и возвращаться домой. Но некоторые их пожелания ставили меня в тупик. Сестра неоднократно напоминала мне, чтобы я не забыл прихватить её Серёгу. Видимо, надежда родителей о том, что «с глаз долой и с сердца вон» потерпела полный крах. Мама была бы явно не против, если бы Серёга, как-то невзначай потерялся бы на широких европейских просторах.

 

С возвращением я затягивал по нескольким причинам.

Прежде всего, меня пригласили в рок-группу, где я стал Принцем, что означало не титул как прежде, а мой музыкальный псевдоним. У меня появились не только новые друзья, но и поклонники моего таланта.

 

Но самой главной причиной, по которой я не был в силах покинуть Лондон, была Софи.

 

Вы опять улыбаетесь?

Не стоит.

Софи не была моей золушкой и вряд ли когда-нибудь захочет ею стать. Как я уже упоминал, Софи француженка. Она очень красивая. Разведена, а значит, свободна и с этой свободой не собирается прощаться даже ради такого талантливого Принца, как я.

 

У Софи есть семилетний сын. Он тоже Майкл — мой тёзка, не по годам очень развитый молодой человек. У нас с ним оказалось много общего. Он также ответственен, как и я. Он присматривает за немного ветреной Софи и заботится о ней, как я присматриваю за Серёгой.

Когда мне грустно, я прихожу к своему семилетнему другу и делюсь с ним своими проблемами. Он очень серьёзно выслушивает меня, а потом предлагает сходить в кафе поесть мороженное. Он называет это лучшим средством, чтобы расслабиться. Мне обычно помогает. Во всяком случае, после него не болит голова, как после средства предложенного однажды Серёгой. Как-то Майкл со вздохом сказал:

 

- Эх, мне бы твои проблемы?

И я понял, что слишком сосредоточен на себе, у окружающих случаются горести намного серьёзнее.

 

Но всё же мне придётся возвращаться.

Папа, к моему ужасу, почему-то собрался на пенсию и решил осчастливить меня королевской короной. Прошлой ночью мне снился кошмар, будто бы меня приковали цепями к трону навечно. Сон оказался в руку.