Ее увещевания на него не подействовали, и они начали подниматься по горной тропе. Когда они оказались на вершине, Марк, жалуясь на недостаток подготовки для столь сложных восхождений, направился вместе с ней к полю и вручил ей рюкзак лишь после того, как она села на велосипед, чтобы ехать домой.
— Я провел прекрасный день, — обратился он к ней. — А где именно ты живешь?
— Недалеко, около мили отсюда, — уклончиво ответила она. Марку вовсе незачем вторгаться в ее жизнь, да и неизвестно, как отнесется к этому ее мать. Не пройдет недели, и он уедет. Поэтому знакомить его с матерью не имеет смысла.
Марк коснулся рукой ее горящей щеки.
— Ты не хочешь сказать мне, — без всякой обиды произнес он. — Что ж, пусть так. Храни свои тайны. А я буду хранить свои. — На мгновение глаза его стали печальными, затем он улыбнулся. — Увидимся завтра утром.
Кэтрин взглянула на него.
— Мне вовсе незачем давать пищу для разговоров постояльцам гостиницы.
Прищурившись, Марк посмотрел на нее.
— Другими словами, тебе надоела моя компания?
— Нет. И ты, — покраснев еще сильнее, ответила она, — прекрасно знаешь это.
— Я втайне питал надежду, что это не так. — Он улыбнулся. — Тогда давай отправимся куда-нибудь еще. Я заеду за тобой на машине…
— Нет, — поспешно сказала Кэтрин. — Лучше давай я отвезу тебя. Я прекрасно знаю все пляжи в округе, или, может быть, ты предпочитаешь осмотреть замки или посетить музей… — Она вдруг умолкла, забеспокоившись, что зашла слишком далеко, но Марк в знак согласия крепко сжал ей руку.
— О лучшем и мечтать нельзя, Кэтрин. Ты заедешь за мной в гостиницу?
— Ни за что! Миссис Бишоп испортит нам весь день. Давай встретимся здесь в одиннадцать.
— Лучше в десять!
— В одиннадцать, — твердо сказала она и улыбнулась ему.
— И видимо следует предупредить тебя, что я получила права только месяц назад.
— И только сейчас об этом сообщаешь, — изобразив испуг, шутливо сказал он. — Ладно. Не обращай внимания, когда я начну клацать зубами от страха, а я обещаю не замечать скрежета, когда ты станешь переключать скорости.
— Не дерзи! Скорости я умею переключать. — Кэтрин улыбнулась ему, махнула на прощание рукой и поехала к дому, чувствуя затылком его пристальный взгляд.
Дома Кэтрин приготовила салат и нарезала остатки холодной курицы, поспев с едой как раз ко времени возвращения матери.
— Как мило, — вздохнув, сказала Беатрис, усаживаясь за столик, накрытый Кэтрин в палисаднике. — Мне так будет этого не хватать, дорогая, когда ты начнешь учиться в университете.
— Это меня и беспокоит, — сказала Кэтрин, когда они принялись за еду. — Агентству по недвижимости давно пора найти покупателя для нашего дома, мама. Ты же давно выставила его на продажу, ведь тебе все труднее одной справляться. — Кэтрин закусила губу. — Сегодня мне следовало остаться и помочь тебе.
— Вовсе нет, — твердо сказала Беатрис. — Я буду рада, когда, как обычно, ты станешь приезжать на выходные, а в будни у меня помощников больше, чем достаточно. Хотя кто знает? Возможно когда-нибудь и появится покупатель. — Радость мелькнула в потускневших от усталости глазах матери, при взгляде на посвежевшую от загара дочь. — Наслаждайся беззаботными днями юности, пока есть такая возможность. Как прошел сегодняшний день?
— Я познакомилась кое с кем, — сказала Кэтрин, положив себе еще салата. — С одним парнем, отдыхающим здесь. Завтра я хотела повозить его на машине по окрестностям.
Тревога появилась на лице матери.
— Да, конечно, милая. Если хочешь, можешь после прогулки заехать с ним к нам пообедать.
Это явно означало, что Беатрис Эшли не прочь убедиться с каким именно «парнем» подружилась ее дочь.
Улыбнувшись, Кэтрин отрицательно покачала головой.
— И тем самым перепугать всех соседей? Ну уж нет. Обещаю тебе, дорогая мама, что буду чиста, как первый снег.
— Я не за тебя беспокоюсь, — сухо заметила Беатрис.
— Но ведь за рулем я. Если он начнет приставать, то назад пойдет пешком!
Раньше Кэтрин никогда не обманывала мать. Но сейчас она страстно желала сделать отношения с Марком только своим достоянием, и посвящать в них кого-то вовсе не собиралась. Одного взгляда на обаятельного доктора Марка может оказаться вполне достаточно, чтобы мать начала за нее волноваться.
Когда на следующий день в небольшом автомобиле, подаренном ей Беатрис на день рождения, она приехала на условленное место. Марк, одетый в джинсы и одну из своих белых маек, уже ожидал ее; дующий с моря ветер трепал его волосы. Он уселся рядом с ней, бросил на заднее сиденье свою сумку и, прежде чем пристегнуться ремнем безопасности, поцеловал ее в щеку.