— Дмитрий Петрович! Дмитрий Петрович! — раздались вдруг крики.
Это студентка-практикантка Анечка бегала по коридору, пытаясь разыскать пенсионера и передать ему сообщение.
— Здесь я, Анечка, здесь, — крикнул старик, приветливо махая рукой. — Что случилось?
— Екатерина Сергеевна записку велела вам передать. — Вот, — сказала девушка, протягивая пенсионеру запечатанный конверт.
— А сама-то она где?
— Уехала.
— Как уехала? Куда?
— Навсегда, Дмитрий Петрович. А куда — не знаю. Она не сказала.
Разорвав конверт, Дмитрий Петрович извлек письмо и принялся читать.
«Димочка, прости, пожалуйста, что уезжаю, толком с тобой и не попрощавшись. Я знаю, что поступаю неправильно, но надеюсь, что ты сумеешь меня простить. Я больше не могу работать в этой поликлинике. Ее атмосфера давит на меня, я задыхаюсь здесь. Спасибо тебе за все. И за прогулки, и за все теплые слова, и за то, что ты так нежно держал меня за руку. Наверное, ты будешь смеяться, но ничего подобного у меня не было ни с одним мужчиной, хотя годков-то мне уже хорошенько за пятьдесят. Ты навсегда останешься в моем сердце, и я буду вспоминать тебя всю жизнь. Прощай, мой хороший. Пусть у тебя все наладится».
Дочитав записку до конца, Дмитрий Петрович тяжело вздохнул и схватился рукой за сердце. Пенсионер отчетливо ощутил, как тревожно оно бьется в груди, как с каждой секундой его бешеный ритм все убыстряется и убыстряется…
— Воды, воды, — раздались крики. — Расстегните ему воротник! Откройте окна…
Когда Дмитрий Петрович пришел в себя и открыл глаза, то увидел склонившихся над ним друзей, которые тщательно обмахивали его газетами и суетились вокруг.
— Ну и напугал ты нас, Дима, — сказала Софья, целуя его в щеку. — Нельзя же так!
— И правда, — добавил Степан. — Мы чуть все сами тут в обморок не попадали!
— Да сам не знаю, что случилось. Как-то в глазах все вдруг потемнело.
— Ну а сейчас-то ты как себя чувствуешь?
— Уже лучше. Все нормально.
— Из-за бабы, да? — участливо поинтересовался Степан. — Все наши беды из-за баб. Но ты не огорчайся, мы тебе новую пассию найдем. Вот, Софьюшка, например, чем тебе не пара?
— Шутники… — с улыбкой произнес Дмитрий Петрович.
На улице пенсионер полностью пришел в себя. Во всяком случае, сейчас за его здоровье можно было не опасаться. А вот внутри у него все клокотало. Как могла Катька так поступить с ним? Это ж надо, уехала и все! Куда? Зачем? Хоть бы адресок оставила, да что адресок — телефон. Так ведь нет! «Прощай» — вот и весь сказ. За что она с ним так? По какой такой неведомой причине?…
Печальные мысли пенсионера были прерваны криками детей. «Симулянты, симулянты», — кричала ребятня, обступив пожилых людей со всех сторон. «Халтурщики», «Бездельники», «Позор»…
— Я вот сейчас кого-то выпорю, как следует, — пригрозил Андрей.
— А вот и не догонишь, а вот и не догонишь, — шумели детишки. — Симулянты! Вы симулянты!
Трудно сказать, знали ли дети значение этого слова или бездумно повторяли надпись на входе в поликлинику, но от этих оскорблений на душе стало очень тоскливо. А дети все не унимались. Они унижали стариков, смеялись над ними, показывали пальцем. Тут и там раздавались их радостные крики и смех, а затем новые обвинения и этот режущий слух «Позор»… Так и дурачилась бы ребятня до посинения, если бы родители вовремя не оттащили. Но к тому времени лица стариков уже были покрыты скорбными морщинами, а в глазах многих из них стояли слезы.
— Не могу все это выслушивать! Как это мерзко, — причитала Софья.
— Будет тебе, — ответил Андрей. — Забудь. Просто забудь…
Об этом действительно пришлось вскоре забыть. Беда никогда не приходит одна — не нравится ей, видимо, бродить в одиночестве по унылым улочкам большого города.
Навстречу старикам бежал Кирилл. Он размахивал руками и о чем-то кричал. Когда он подошел совсем близко, то без сил опустился на землю и закрыл лицо руками.
— Да не томи, говори, что случилось, — попросил Андрей, опускаясь на корточки. — В чем дело?
— Сергей… Я только узнал…
— Что с ним? — спросил взволнованный Андрей! — Говори!
— Только что показали по телевизору. Пил три дня, а потом сигарету не потушил и угорел. Нет больше нашего Сереги. Нету нашего друга…
— Да ты что? — перепугался Андрей, схватив Кирилла за шиворот. — А не обознался? Точно он это?
— Да точно, точно! Я его отчетливо разглядел, а затем и в программу эту позвонил, там подтвердили…