Зоя махнула рукой, отгоняя морок. Будто сжала видение пальцами и отбросила от себя – легко, непринужденно. Без усилий.
– Я надеялась на что-то более впечатляющее, королева, – скривила губы девушка, – какое-то более могущественное колдовство... А это... просто жалко.
В ее глазах не блестело ни слезинки.
– Неужели ты думаешь, что меня способны сломить... воспоминания? – Вида издевательски расхохоталась, – я пережила это однажды, значит, могла бы пережить снова. А твои тени – просто дым. От них мне никакого вреда.
– Что, правда? – в свою очередь рассмеялась Медб. Зоя опустила глаза на свои руки. Они дрожали так сильно, как еще никогда прежде. Ее всю колотило, как в лихорадке, от кончиков пальцев до шеи.
"Но я же не боюсь ее, не могу бояться!" – Зоя крепче сжала рукоять меча и тряхнул запястьем, освобождая его от мурашек. Ее взгляд действительно был тверд и ясен, не страх заставлял ее содрогаться – адреналин, пробежавший по венам. Не так здорово оказалось быть живой, как можно было подумать. Зоя прижала руку ко лбу, перенесла ее на затылок, легко потерла... Боль пульсировала под кожей, в мозгу, словно череп пронзили два длинных раскаленных прута, вошедших за ушами и прорвавшихся наружу около висков. За глазами шумела кровь, как или почти действительно настоящая, и в какой-то другой момент Зою бы это, возможно, порадовало. Но не теперь. Болели лодыжки, растянутое бедро, в грудь впивались изломанные косточки корсета, голова гудела, а горло пересохло. Зоя потерла шею и решительно сорвала с нее бархотку. Не важно, не жалко, если она мешала – ее следовало убрать.
Девушка двинулась вперед.
– Если так уверена в своей победе, нападай, коронованная гадюка!
Они снова схлестнулись. Зоя смеялась, кружилась, поигрывая мечом, ее напряжение, выплеснувшись в схватку, перестало быть мучительным. А Медб злилась: она помнила эту девицу ручным зверьком Габриэля, но не той сильной, дикой хищницей, которая сейчас, издевательски улыбаясь, сражалась с ней. Да нет! Не сражалась – изводила! Мастерски не подпускала к себе, шутя отбивая удары (а Медб слыла не последней мечницей среди Дворов, в бою ей уступало большинство мужчин).
– Я убью тебя! – прорычала Медб и бросилась на Зою.
– Ох, королева, – рассмеялась та, без труда парировав удар противницы, – не давайте пустых обещаний!
Зоя юркнула в сторону, перехватила Медб за запястье и стиснула так, что кости затрещали – рука королевы разжалась, меч упал на пол.
– Дурной тон обещать... и не выполнить, – ухмыльнулась Зоя и оттолкнула противницу от себя. Безоружная и разозленная Медб рухнула на пол.
– Что же сделало тебя такой сильной, девчонка? – прошипела Медб.
Зоя пожала плечами.
– Совокупление со смертным?
– Не исключено, – Зоя проглотила оскорбление, точнее, для нее оно таковым и не было – просто констатация факта, подумаешь, а что до того, что у королевы грязный язык, так это не новость, – и если дело действительно в этом, то я посоветовала бы Вам быть менее щепетильной в этом отношении. На мечах Вы деретесь пока весьма посредственно!
Медб покраснела и тяжело задышала – так что роскошная грудь рисковала выскочить из глубокого декольте, черный амулет в виде крошечного меча, награжденного парой крыл, то опускался в ложбинку, то выскальзывал из нее. Королева и сама знала, что внезапно позабыла все свои навыки. От страха, что будет неминуемо повержена, она дрожала и сжималась, отчего и проиграла. Страх она использовала как оружие отчасти потому, что сама страдала от него. Возможно, никому из королей и королев Аннувна не удалось избежать этой странной фобии.
– Добей меня, если не боишься.
Но Зоя медлила.
Айкен вбежал в зал, но тут же застыл, ослепленный магическими лучами, блиставшими из каждого угла, от каждой свечи и из зеркал. Толпа, отхлынувшая от центра зала, притиснула его к стене, не позволяя выхватить пистолет, хоть Айкен, проясняющимся зрением уже видел, что Хэвен был прав: Зоя нарвалась на неприятности. Королева, подумал он, глядя на Медб – настолько совершенная красота, что больно смотреть! А второй мыслью его было: эта красавица убьет Зою, даже не моргнув. Она просто излучает силу! Бороться с ней – безумие!
И Айкен начал пробиваться сквозь толпу, раздвигая плечами сидов. Каждое касание отдавалось на его коже слабым электрическим разрядом – это чувствовалась магия.
Айкен почти выбрался, но тут ему преградили дорогу двое, кого он сперва из-за доспехов принял за дини ши, но тут же поправился: "Дини ши выглядят, почти как люди... а не как двухметровые чудовища с серой кожей!"