– Смертный, – прогудел один из монстров.
Толпа за спиной Айкена отхлынула еще дальше, прижалась к стене, давя друг друга.
– Уничтожить, – пробасил второй страж.
И тут Айкен увидел, что прекрасная женщина в белом платье, сражавшаяся с Зоей, потеряла меч.
– Ты никогда не могла поднять руку на того, кто выше тебя по рождению, – королева окатила противницу блеском холодной улыбки, – неудивительно.
– Для меня ты стоишь не выше броллахана, – прошипела Зоя, но рука ее с мечом дрожала и уже опускалась в нерешительности. Лезвие отдалялось от шеи Медб, – я бы хотела для тебя суда, признаюсь. Но это невозможно. Суд Аннувна пристрастен.
– Это так. Он полностью подчиняется мне и Габриэлю.
Медб рассчитывала вызвать в противнице ревность, но разозлила ее другим: напоминанием о лжи, стоившей трона и нескольких веков спокойной жизни Карлу. Рассвирепевшая Зоя размахнулась мечом – широко, во всю руку, – и замедлилась лишь на секунду, ошарашенная воплем правительницы Благих:
– Ошибаешься, дрянь, это не ты, а я... Я – сама власть!
Медб пнула Зою в колено – ровно туда, где виднелся шрам. Зоя не уследила за движением королевы, слишком занятая расчетом удара, который не смогла закончить – она согнулась почти пополам, хватаясь за пронзенную болью ногу. Еще оставшийся внутри яд броллахана побежал по венам, хотя внешне рана выглядела жалко: всего лишь царапина от каблука противницы.
Возликовав, Медб стиснула свой амулет в руке, с ревом ударила Зою наотмашь по лицу, и та отшатнулась, но слишком медленно. Она не успела как следует отклониться, и кулон застрял у нее между глазом и переносицей, пробив угол века, войдя по самые крылышки. Зоя опешила от неожиданности, от боли, пронзившей ее голову... Человеку, возможно, было бы проще, подумала девушка, в первое время помог бы болевой шок. К глазу они с Медб потянулись одновременно, схватились за амулет – пальцы королевы накрыли собой руку куклы, – рванули и разжались. Окровавленный кулон упал на пол, вслед за ним выскользнул и глаз, превратившийся в просто умело ограненный сапфир раньше, чем шлепнулся в подставленную ладонь Медб.
Зоя попятилась. Голова у нее кружилась, и в первую секунду девушка даже не поняла толком, что с ней произошло. Только упершись спиной в стену, она обрела равновесие.
Королева издала ликующий вопль и вскинула окровавленную белую руку. Камень сверкнул меж пальцев, как звезда.
– Отступаем, владычица, отступаем! – донесся издалека голос кого-то из дини ши. Воины помахали Медб руками, и королева, фыркнув, последовала за ними. Но слишком поспешно, чтобы скрыть свой страх. Она явно не была уверена, что Зоя позволит ей завладеть и другими камнями. Медб была убеждена, что ее противница несокрушима! Ведь она помнила Виду как великолепную воительницу. Непревзойденную...
Но не теперь. Королева ошиблась. Она бежала напрасно. Зоя ослабла, проведя столько времени на земле, а человеческие свойства сделали ее, по понятиям дворов, практически беспомощной.
Зоя отступила от стены, с трудом передвигая ноги. Броситься в погоню за Медб и ее прислужниками не было сил... А ведь нужно было еще и добить тех, кто остался. А это не такое уж малое количество – их пока сдерживал Айкен, но сваливать все на него было бы нечестно.
Зоя покачнулась, зажала глаз рукой. Боль поначалу была терпимой, но под пальцами... Не было ничего, кроме толчками выливающейся из опустевшей глазницы крови. Зоя отняла руку от лица, посмотрела на ладонь. Перед глазами – точнее, теперь только одним глазом, все двоилось. Горячая липкая жидкость текла по щеке, подбородку, капала на грудь, заливаясь под разодранный корсет, вывернувшийся переломанными косточками, похожими теперь на вырвавшимися из-под кожи ребрами, и Зоя начала собирать ее, не понимая, зачем это делает – будто можно было влить кровь обратно... Тут ее накрыло болью, оглушающей, выбивающей почву из-под ног. И Зоя упала на колени. От боли на лбу выступила испарина, девушку даже затошнило, так ей было плохо.
Дыши, дыши, уговаривала она себя, вдох-выдох, и все пройдет, можно будет встать и продолжить... Но как только ей показалось, что она вполне способна подняться, девушка упала и потеряла сознание.
Айкен замер. Он помнил,что было, когда Зое распороло бок и потому сейчас недоумевал, почему же кровь, хлещущая из опустевшей глазницы, не останавливается.
Его сбили с ног – Айкен вытянул шею, продолжая смотреть, как увеличивается красная лужа под головой Зои, лежащей в неестественной позе. Он проорал ее имя, преисполненный отчаяния, не зная, что еще он может сделать. А потом медленно, превозмогая себя, поднялся – мощно, как медведь, раскидывая противников. Они скатились с его спины, словно жуки. И больше не тронули, чувствуя, что того, кого они приняли за жалкого смертного, окутала сила поразительной мощи – практически такая же, какую излучала королева Медб. Но ни ее, ни Габриэля уже не было в зале, оба сбежали лелеять заполученный камень. Видимо, они не могли подумать, что Зоя, могучая Вида, истечет кровью на полу их же залы.