Спустя какое-то время, когда за окном уже начало смеркаться, Айкен тоже заглянул на кухню. Как раз в тот момент, когда Зоя снимала с плиты крутобокий чайник.
— Телевизор совсем сломался. Ничего не показывает, — со вздохом сказал молодой человек.
— Можно было предвидеть. Ты вовремя, я только что думала предложить тебе бутерброд, — усмехнулась девушка. Айкен кивнул в ответ и протянул ей что-то. Как день назад — пальто.
Вот только на сей раз ткань была гораздо тоньше. И дороже. Темно-красный, практически тициановый шелк.
Зоя отряхнула руки от крошек.
— Что это?..
— Надевай. Не можешь же ты поехать со мной в брюках без пуговицы или лаковых шортах?
Зоя вздохнула.
— Тоже от подружки осталось?.. Какие-то они у тебя забывчивые – пальто, книги, платье. Или ты Синяя Борода и убиваешь девушек, если они заглянут в твой кабинет?
Айкен слабо улыбнулся.
— Не убиваю. И бороды у меня, как ты видишь, нет. Но я действительно не люблю, когда ко мне кто-то заходит в кабинет, — улыбка молодого человека истаяла, как снег весной. — Особенно если без стука.
Зоя направилась в ванную, переодеваться.
— Вот как, — спробормотала девушка, захлопнув за собой дверь. — Насчет кабинета я буду иметь в виду.
Платье оказалось очень красивым: узкий корсаж с завязывающимися на шее лямками, также тесемками на спине и юбка-годе чуть выше колен.
Зоя завела руки за спину, пытаясь понять, как можно это зашнуровать в одиночку, но тут на ее напряженные вывернутые пальцы, запутавшиеся в лентах, опустились чужие ладони. Зоя подняла взгляд на зеркало над раковиной. Айкен навис над ней, сосредоточенный.
— Давай, я помогу.
Зоя задержала дыхание, когда пальцы Айкена невзначай коснулись кожи на ее спине. Парень умело затянул шнуровку. Видимо, он не в первый раз помогал кому-то надевать это платье. Теплое дыхание Айкена согревало макушку девушки. Руки парня, холодные, жесткие, прошлись по лопаткам, поднялись вверх, забираясь под волосы.
— Шрамы. Я их не вижу, но чувствую под пальцами. Такие... вытянутые, треугольные.
— Я не знаю, откуда они, — откликнулась Зоя.
— Я и не спрашивал.
Айкен протянул руки вперед, взял лямки платья и, отведя в сторону волосы девушки, завязал бантом у нее на шее. Парню понадобилось наклониться, чтобы сделать это, и он подумал, что еще ни от одной женщины на его памяти так не пахло. По крайней мере, настоящей. Сладкий аромат искусственных фруктов.
— Тебе идет красное, — выдохнул он ей в макушку.
Когда Зоя обернулась, Айкена за ее спиной уже не было, дверь ванной снова была притворена.
До казино Айкен и Зоя доехали на такси. Внутри игорный дом был великолепен, словно дворец, все сверкало и переливалось золотом, пол покрывала мраморная плитка, с потолка свешивались хрустальные люстры. Судя по всему, это элитное заведение посещали по большей части сливки общества, для которых игра была изысканным развлечением, а потеря денег не удручала.
Гостей у входа встречал швейцар в белых перчатках, с которым Айкен шепотом перебросился парой слов. Затем, взяв Зою за талию, торопливо повел ее вглубь, где остановился поговорить с еще одним мужчиной, судя по всему, управляющим этого казино — несмотря на простой покрой, его костюм был сшит из дорогой уже на первый взгляд ткани, а из нагрудного кармана свешивалась золотая цепочка часов. Ввинчивающийся в прибывающих гостей взгляд управляющего был цепким и наигранно ленивым. Мужчины разговаривали полушепотом, так что Зоя не могла знать, о чем: гул в помещении, особенно после тишины вечерних улиц, оглушал.
— Можешь пока походить тут и освоиться, — сказал Айкен, почувствовав смущение спутницы. — Я найду тебя, когда понадобится.
Зоя не стала переспрашивать, для чего же она могла бы быть нужна молодому человеку здесь и, воспользовавшись его предложением, мягко вывернулась из полубъятий.
Мнение девушки, что казино в большей степени является клубом по интересам, нежели полноценным игорным заведением, только укреплялось. Подавляющее число мужчин было одето во фраки, дамы вальяжно прохаживались на высоких каблуках и в дорогих платьях. Зоя подумала, что кое-кто из них, несомненно, эскорт, дорогие куртизанки, но кто именно — не догадаться. И это показалось ей забавным хотя бы потому, что именно на ней в данный момент не было нижнего белья и чулок.