Вновь открыв глаза, я стала более или менее расплывчато видеть. Первым, что попалось в поле моего зрения, была беловолосая бледная девушка, и я узнала в ней Милу. Тяжесть сожаления камнем упала на грудь и стала сдавливать рёбра. Находясь в недоумении от происходящего, но более или менее что-то осознавая, я поняла, насколько была глупа, когда тянулась в сторону той жизни, которая происходит сейчас. И самое страшное — я тянула за собой Милу, даже не рассказа ей куда... И за всё, что сейчас происходит, ответственна я... Еле дотянувшись рукой до тела, я дотронулась до её плеча, но она не подавала признаков жизни. Сильный испуг дал мне немного сил, и я сильнее стала её тормошить, на что Мила открыла глаза и, в отличие от меня, резко поднялась, начиная громко дышать. Оглядевшись, она заметила еле живую меня.
— Дарси? Что... что произошло? — почти неслышно проговорила испуганная девушка.
— Я... не... знаю... но... прости меня, — сил говорить у меня не было, но я понимала, что надо взять себя в руки, чтобы понять, где мы именно.
— Черт, что произошло? Где мы? — оглянувшись, стала паниковать девушка.
Мы находились в маленьком помещении, стены которого были из бетона. Теперь понятно, почему так холодно: возможно, это подвал.
— Я... мне страшно и стыдно, но ты должна меня услышать, я должна была рассказать раньше, но просто не могла... — собравшись с силами, я приподнялась на локти и стала рывком произносить слова. Мила уже стояла на ногах и со сведёнными бровями странно на меня поглядывала.
— Ты о чём? Что рассказать? — пара зелёных глаз давила на меня, пот прошиб тело, всё смешалось воедино, но рассказать правду было самым маленьким страхом на данный момент.
— Я узнала того человека, который засунул тебя в машину. Я узнала его, потому что он приходил к нам в дом в то утро, что я сбежала и кинулась под поезд. Он вёл с моим отцом странной диалог, и я узнала, что он собирается в Манчестер. Я, честно, не хотела ехать за ним, но так получилось, и... — слёзы застилали картинку перед глазами, я не могла больше внятно связывать слова.
— Так... получается, мы тут не совсем случайно? — тихо и робко спросила Мила.
Я медленно и неуверенно кивнула.
— Дарси, как бы то ни было, сейчас это уже не важно. Но спасибо, что рассказала, и, к тому же, ты не знала, что всё так произойдёт. Так что я совсем тебя не виню. Ты думаешь, что все эти люди связаны с твоим отцом? Кто он вообще такой? — Мила упёрла руки в бока и начала кусать губу, делая сосредоточенное лицо.
— Мой отец простой алкоголик, но тем утром я узнала, что у него есть прошлое. И он был связан с этими людьми, но уже давно нет, и, судя по всему, расстались они на неприятной ноте, так что им лучше не знать мою фамилию, — удивлённая её реакцией, я вытерла слёзы.
— О, ясно, почему тебя влекло узнать правду... — Мила огляделась и вздохнула.
Девушка подошла к двери и стала прислушиваться. Но вскоре, оставив это дело, она подошла ко мне и подала руку. Я крепко схватила её и оперлась второй о стену. Не ожидала, что в ней столько сил, учитывая нашу слабость, но она подняла меня. Я еле стояла на ногах, и у меня было очень сильное желание упасть обратно.
В углу стоял маленький старый стол. Аккуратно держась за стену, я медленно подошла к нему и попыталась сесть, но стол скрипнул, и ножка сломалась, со звуком упав на пол. Мила резко обернулась, испуганно смотря на меня. За дверью послышались голоса.
— Ты в своем уме? Зачем ты привел их в нашу штаб-квартиру? — мужской голос на повышенных тонах спрашивал кого-то.
— Они разбили машину босса, тем более, они симпатичные, Джозефу понравятся, — ещё более сердитый, но знакомый голос ответил первому.
И без того сильная дрожь увеличилась. Если бы в мои руки сейчас попала кружка с водой, я бы её не удержала. От этих мыслей страшная жажда стала меня мучить ещё больше.
Помещение, где мы находимся, замкнутое. Единственный выход — через эту дверь. Заметив щель в замке, я подошла к двери и, так же еле удерживая вертикальное положение, стала всматриваться туда. Два человека, что я увидела, до безумия пугали меня, и одного из них я снова узнала. Они вновь начали что-то говорить.
— После этого их придётся убить, — смотря в упор на второго, без особого энтузиазма проговорил первый. На лице у него был огромный шрам. Встреть его в обычной жизни, я бы поняла, что он бандит. Слова его пронеслись у меня эхом в голове, но самое страшное — это то, что они могут сделать до смерти.
Я посмотрела на девушку. В глазах у неё я увидела сильный страх и безысходность, что, впрочем, можно было прочесть и в моих.
О чём они говорили дальше, я уже не слышала. Отойдя назад к стене, я медленно скатилась по ней. Сил не было даже на слёзы. Я бы потеряла сознание, не будь мне так больно физически — эта боль позволяла взбодриться.