— За себя говори, — настроение девушки так и оставалось хорошим. — Жизнь одна, и всё возможно. Мы поймаем попутку, а то, что мы несовершеннолетние, никому знать необязательно. От Манчестера до Лондона не так уж и далеко. И, более того, совсем скоро я скажу «привет»» своей тёте не по телефону, — Милана в шутку ещё больше растрепала мои волосы.
— Да, у нас ни черта не осталось денег, но у нас есть я. А я обязательно что-нибудь придумаю, — подруга вскочила с кровати и, что-то промычав от боли, стала надевать джинсы, а вскоре и пальто с ботинками.
— Не пойму, вчера всё сильнее болело или сегодня? — кряхтя, я пыталась подняться.
— Я сама не понимаю. Уже даже не пойму, как болит, — Мила сочувственно посмотрела на мои попытки подняться. Я до сих пор удивляюсь, как такая хрупкая девушка, как она, может быть такой сильной.
Покинув отель, мы поставили перед собой цель добраться до трассы и попасть в автомобиль дружелюбных попутчиков. Сейчас мы находились в пригороде Манчестера.
Идя по широкой дороге, мы обсуждали наши дальнейшие действия. Сегодня было на удивление тепло. Спустя пару минут ходьбы я почувствовала, как капли дождя ударялись о мои щёки. Подняв взгляд на небо, я стала странно улыбаться. Сегодня всё странно. Всё слишком хорошо, чтобы быть правдой. Сегодня я не думала о том, какие люди омерзительные, какая жизнь дерьмовая, наоборот, — я поймала себя на мысли, что всё... прекрасно?
— Ты чего лыбишься? Черт, сейчас же ливень начнётся, — девушка потянула меня в сторону, но я стояла неподвижно. Дождь увеличивался, однако был тёплым.
— Дарси, что ты творишь? — Мила уже на повышенных тонах пыталась достучаться до меня. Но я стояла и наслаждалась явлением природы, что так всегда любила.
— Дождь — это прекрасно. Он даёт ощущение, что вообще всё прекрасно. Он будто смывает все проблемы, — заворожённая чувством, что испытывала в этом момент, я восхищалась своим состоянием.
— Что может быть прекрасного в каплях, что падают с неба и мочат одежду, в которой мы, кстати, поедем? — Милана злилась на меня, но потом отошла под навес магазина. А вот я простояла так ещё минут десять, пока ливень не прекратился и солнце не выглянуло из-за туч.
— У тебя ведь есть деньги за проезд? — прошептала я девушке на ухо, заходя в общественный транспорт, на что она немного рассмеялась и села на сидение, а следом — я. Выйдя на своей остановке после попыток сделать это бесплатно, она всё же заплатила.
Шаг за шагом я всё больше убеждалась, что иду в правильном направлении. Тем временем странствующая душа, то есть Мила, совмещала два дела одновременно: любовалась городом и наслаждалась мелодией, которая стояла уже какой раз на повторе. Именно Мила способствовала такому настроению, даже сейчас, в выборе музыки, которой на моём телефоне не так много. Но мы с подругой сошлись на одной — пришлось идти слишком близко, чтобы наушник не выпал из моего уха, так как второй был у блондинки.
Ощущаю себя лицом на снимке с эффектом размывки заднего фона. Будто весь мир занимает своё внимание лишь на одной мне, и мне это нравится. К слову о фото, постоянно мелькающие машины, хорошо заметные моим боковым зрением, — именно они на фото создавали чувство реальности снимка — посредственные сравнения, но чертовски подходящие мне сейчас. Иногда мне удавалось остановить ритм нашего шага и попытаться заметить вещи, раньше не подвластные моему вниманию. Такие, как бетонные стены, точнее, не сами они, а те неровности — жесткие и корявые. Меня всегда это вводило в заблуждение — это для красоты или экономности? Скорее всего, второе, определенно. А его уже выдавали за красоту, и эта идея вжилась в сознания людей, как что-то естественное для их восприятия. Думаю, если бы кто-то сейчас прочитал мои мысли, то удивился бы тому, что в моей голове не крутятся вечные варианты решения каких-то проблем и планы на будущее, что свойственно многим людям, ныне живущим на нашей планете.
Пришлось несколько часов стоять на трассе и пытаться словить попутку. Многие проезжали мимо, кто-то останавливался по причине принятия нас за девушек лёгкого поведения. Остальные остановившиеся направлялись не по пути с нами, желали нам удачи и уезжали. Это оказалось значительно сложнее, чем мы представляли, или только я думала, что это легко. Становилось всё холоднее, да и песня, стоящая на повторе, надоела. Но вариантов, кроме как надеяться и верить, не было.