— Ты совсем чокнутая! — изо всех сил прошептал он, стараясь не сорваться на крик. Но я лишь снова заключила его в объятия. Я совершенно сошла с ума: не могу даже разобраться в своих чувствах.
— Да, чёрт возьми, я чокнутая! — проговорив это, я увидела, как снова, заразительно улыбаясь, он пытался мне что-то сказать. Мне нужны объяснения этого всего, я совершенно не понимаю, что произошло там, на трассе. Что с Робертом, что с Изабель?
— Можно? — указав на мою временную кровать, парень, как только я махнула головой в знак согласия, завалился на неё. Сев рядом с ним, я уже не могла дождаться его рассказа.
— Эмм, я только решился прийти. Долго думал, не оставить бы вас и не сбежать куда подальше. Вскоре понял, что не могу, — его взгляд пал на приоткрытое окно. Иногда проезжающие машины освещали его лицо, и я могла разглядеть эмоции.
— Я не мог оставить вас там. И у меня было пару секунд подумать. В первую секунду я сошёл с ума, а во вторую поругал себя, что не бросился сразу на помощь. И то, что я отвел от тебя пистолет, — это рефлекс. Это странно, но я просто хотел защитить... И не было ни секунды подумать... — он всё это говорил раскаявшись, будто слишком долго в себе носил. Всё, что я могла в этот момент, — слушать и вглядываться в его глаза, которые он каждый раз отводил. — Я видел такое и раньше: знаешь, жестокость Роберта и всё такое. Но в тот момент меня охватила паника, как в первый раз... Всё так медленно длилось, но при этом слишком быстро, чтобы привести себя в реальность, — Йен перестал отводить взгляд от меня и говорил уже мне прямо в лицо.
— Роберт стал что-то на меня орать и хотел сделать ещё пару выстрелов. Ты взглянула на Милу и ужаснулась... Когда ты споткнулась, шок не дал тебе удержаться — ты упала и получила сотрясение. Это я потом уже узнал. Я совершенно не понимаю, как вырубил его. Он упал рядом с тобой, я взял Милу. Всё было слишком нереально. Я держался, чтобы не потерять сознание. Обмотав ей рану, довез вас до больницы, позвал медработников. После того, как вас увезли, я скрылся. Мне нельзя было соваться в больницу, Роберт меня сдал, и теперь я в розыске. Но уверен, это только начало его мести, — я пыталась переварить всё, что он сказал, и было чувство, что он рассказывает выдуманную историю, что это всё было не со мной. — От Роберта больше нет вестей. Я боюсь, он нас будет искать. Но в больницы не сунется, не переносит их, — парень немного ухмыльнулся. — Изабель, думаю, ничего и не поняла, слышать о вас не хочет. Думаю, у тебя уже были предположения насчёт Беллы — она не знает, что всё их состояние не совсем законно. Всеми этими делами занимается Роберт: берет взятки, выпытывает информацию или деньги, или просто развлекается. Главный по этому незаконному бизнесу — Джозеф. Это он однажды поставил крест на жизни Роберта этим бизнесом, и Изабель не простит Роберта, узнав правду, — Йен дал мне время подумать, и я не стала его расспрашивать о том, почему он не рассказал Бель всё прямо там. — Я в жизни делал много плохих вещей, — спустя пару секунд в полголоса начал монолог парень. — Но я не выбирал такого пути и не хотел эти плохие дела совершать. Понимаешь, Роберт мой брат, и я всегда смотрел на него. Я не мог бросить последнего дорогого мне члена семьи, — Йен отвернул голову в противоположную от меня сторону, и я стала чувствовать себя так, словно заглядываю к нему душу, и в этот момент там происходит раскаяние. — И, сколько бы я ни просил Роберта остановиться, он меня не слушал. В определенный момент я понял, что в Роберте не осталось ничего хорошего. И, когда произошла эта ситуация с тобой и Милой, я наконец-то выбрал другой путь жизни. Чувства вины и долга свалились на меня, и у меня появилось желание помочь вам. И я благодарен вам, ибо я выбрался из этого дела.
Теперь всё стало на свои места, но мне от этого не стало легче. Когда я вернулась в реальность, парень уже ушёл.
***
— Нельзя так пугать, — спустя ещё пару дней он решил меня навестить. Я была уже здорова, но согласилась некоторое время подлечиться, чтобы не бросать Милу.
— Прости. Я решил, что мне надо заболеть, — веселясь, он озвучивал немного бредовые мысли.
— Что? Заболеть? — я пыталась смеяться негромко, чтобы нас не услышала медсестра.