— Что мне делать? — неожиданно даже для себя я задала этот вопрос. Я действительно не знала, что мне делать: идти мне некуда, но оставаться здесь тоже нельзя, тем более, не для кого. Но кого я обманываю? Как бы то ни было, я не смогу её бросить.
— Ну, для начала, вернуться, не то придётся снова лечиться, — немного улыбнувшись, Йен продолжи: — а потом, решим вместе... — снова отведя взгляд, он развернулся и вошёл в здание. Пройдя вслед за ним, я поморщилась: неприятный запах лекарств ударил в нос. Тепло окутывало меня. Дойдя до своей палаты, я сняла пальто и отдала его обратно парню.
Без спросу Йен прошёл в мою палату и сел на подоконник, прежде закрыв окно. Я же села на кровать и укуталась пледом.
Повисла тишина, нет, не такая, когда нечего сказать, а когда всё понятно без слов. Мне было абсолютно комфортно. Было тихо не только в комнате, но и у меня в голове — все мысли куда-то улетучились. Что-то подсказывало, что не одна я в этом помещении наслаждаюсь этим. Знаю, что в любую секунду всё станет снова реально, а в реальности сейчас слишком ужасно.
Прикрыв глаза, я стала ощущать на себе взгляд, тут же распахнула веки и немного улыбнулась Йену.
— Ты помнишь, что у тебя завтра день рождения? — тихим и спокойным голосом сказал парень, повергнув меня в шок.
— Что? Откуда ты знаешь? — немного опешив, я как всегда стала задавать вопросы.
Посмеявшись надо мной, как будто я не понимаю что-то очень очевидное, он рассказал мне о том, что нашёл паспорт у меня в кармане, когда вёз в больницу, но позже вернул обратно, чтобы его нашёл врач. Из него и узнал, что у меня день рождения завтра. Я не забыла, просто для меня этот день такой же обычный, как и все...
— Давай просто забудем, что у меня день рождения? — я потупила взгляд; воспоминания обрушились на меня.
Я помню, как стояла в гостиной, будучи ещё девятилетним ребёнком. Распахнулась дверь, и к нам зашла женщина с девочкой моего возраста. Позже мы с ней остались одни, начали о чем-то разговаривать — ей стало скучно, и она начала меня доставать, тыкать пальцем в бок очень больно. Я попросила её отстать, на что та начала делать мне ещё больнее. Тогда я встала и сказала, что, если она не отстанет, я её ударю. Но она лишь посмеялась мне в ответ и, приложив кулачки к глазам, начала имитировать слёзы. Мне стало жутко обидно — я схватила её за волосы, но девчонка закричала и позвала свою мать. В гостиную ворвались две женщины: моя меня схватила и начала что-то громко орать, а затем ударила. Посмотрев на неё взглядом, полным обиды, я наблюдала, как Джессику — так звали девочку — мама хвалила и говорила, какая я плохая. Позже они покинули гостиную и пошли на кухню, где был готов праздничный стол. Я же облокотилась на стену и тихо заплакала. Сегодня мой день рождения, но меня не позвали. Когда я переборола обиду и слёзы, то тоже пришла на кухню. Там они весело что-то обсуждали, все поздравляли Аниту, и всё было почти съедено. Наконец меня заметила моя пьяная мать, сказала, что нехорошо день рождения подруги просиживать в другой комнате. Я возразила, сказала, что это у меня сегодня день рождения. Но она лишь непонимающе на меня посмотрела, икнув, прошипела, что точно помнит: мой день рождения не сегодня. В тот вечер меня поздравил лишь соседский мальчик — он знал, что мой день рождения именно сегодня, он всегда помнил об этом...
В мой двенадцатый день рождения мать заставила меня взять мою кошку, что была единственным любимым мной существом, и выбросить около мусорки. Она сказала, что это будет мне урок за то, что Алиска зашла в её комнату. Я отчётливо помню ту боль, когда прижала её к груди, словно самое важное в моей жизни. Я громко всхлипывала и шептала своей любимице, что всё будет хорошо. Я пыталась так себя успокоить и стала замечать взгляды прохожих только тогда, когда её отпустила. С ней я отпустила слишком большую часть себя, что спустя столько времени всё ещё является грузом для меня. Это одна из самых больших моих детских травм.
Свой четырнадцатый день рождения я провела в одиночестве. Мои родители уехали в гости неделю назад и до сих пор не вернулись. Я позвала всех своих одноклассников, приготовила что-то из того, что у нас было. Я понимала, что никому не было бы здесь интересно, но это был бы мой лучший день рождения, если бы хоть кто-то пришел... Я ждала весь день, не ела, а просто ждала. Понимая, что никому не нужна, я продолжала ждать. Позже я всё убрала и в том же поглощающем одиночестве легла спать.