После услышанного мы смотрели в разные стороны, обдумывая всё. Я даже невольно стала сравнивать, чья из наших судеб хуже. Вот, что нас объединяет, — жалкая предыстория.
Детство — всего одно слово, а сколько воспоминаний. Детство — это самый важный и яркий период жизни каждого из нас. Мы рождаемся с пустотой в голове, с тишиной в самом себе и, взрослея, наполняем эту самую пустоту и тишину отрывками мнений о каждом важном нам человеке, о каждом событии — это и есть, наверное, тот самый процесс формирования личности. Я не согласна с тем, что общество делает это за нас: мы сами решаем, воспримем ли эту информацию за своё мнение, до которого дошли, основываясь на своём опыте, или нет. Даже если мы уже стали принимать ошибочные решения и совершать плохие дела из-за навязанного нам мнения, всегда найдётся время в жизни сделать собственные выводы.
— Мне очень жаль, что всё так вышло, — в то время, как Мила молчала, я пыталась начать диалог.
Ухмыльнувшись, рыжеволосый стал ложкой копаться в недоеденной каше. Остался неприятный осадок, который я почувствовала, только ещё раз прокрутив и представив судьбу Йена и Роберта. И мне стало жалко Роба — он жалок. Безвольный и слепой. Он променял семью, то есть Йена, на деньги и прочие преимущества банды. Но что, если бы тогда Джо не нашёл Роберта, был бы он таким сейчас? Может быть, он мог вырасти и стать хорошим, работал бы где-нибудь в ресторанном бизнесе, не знаю почему, но я представляю его именно там — у него могла бы быть семья, хорошая жена, возможно, Бель, дети...
— Дарси, — тихо окликнула меня Мила и встала.
— Так куда мы направляемся?
— Если моя мать всё ещё в том домике, то есть шанс, что она пустит нас, — ответил мне Йен.
Глава 18
Когда мы покидали больницу, было чувство холода, не физического, но морального. Ненавижу то, что после долгого пребывания на одном месте мне не хочется оставлять его. Больница мне не нравилась, но всё же, когда я уйду оттуда, моя жизнь изменится дальше, а я не люблю перемен. Точнее, люблю, но боюсь, и поэтому кажется, что не люблю. И это даже не страх, а странное чувство, похожее на страх.
Значительная сложность нашего пути — это розыск Йена. Хотя лицо его неизвестно, нам лучше не рисковать. Из-за него мы не можем поехать на такси и на любом другом транспорте, но сейчас для нас это была не особо значимая проблема. Йен сказал, что подумал о таком варианте только потому, что она недалеко живет, и Роберт там искать, скорее всего, не будет. Больница находится в пригороде Лондона, а чуть дальше есть малонаселённый район, где и проходило их детство.
Несмотря на сказанное мной раньше — чувство, когда покидаешь место опоры среди чужих улиц, — я знала, что есть большая вероятность не ошибиться. Решение отправиться с друзьями к дому Алекс успокаивало меня, и то странное ощущение отпускало.
Несмотря на то, что сейчас сентябрь и идёт снег, на улице было тепло — из-за этого частые хлопушки снега таяли, даже не приземлившись на землю, но, думаю, завтра всё будет заснежено из-за значительного похолодания ночью. Но к тому времени мы будем уже на месте назначения.