За распитием чая я узнала, что Габи — художник — это было сразу понятно хотя бы по его испачканным краской пальцам.
По большей части разговор вели закадычные друзья, мы же иногда встревали, когда тема казалась знакомой. Меня ужасно тянуло в сон, но было неудобно об этом сообщать, и я хотела дождаться, пока все пойдут спать. Время от времени Мила подходила к окну, наверное, проверяя, когда же рассветёт. Но я поняла, что была не права, когда девушка позвала меня выйти.
На улице уже было не так темно. Не знаю почему, но у меня не было желания спрашивать, куда мы идём. Я так сильно хотела спать, что ощущала себя уже во сне, и этот сон был на удивление хороший. Чем дальше мы шли, тем больше пахло морем и воздух становился влажным. Была некая лёгкость. Я так устала, что решила проблемам дать уйти и утопиться в том море, которое виднелось за горизонтом.
Мы решили не подходить слишком близко, иначе верхняя одежда будет не только грязная, но и мокрая. Сев на камень, я наблюдала, как волны бились о камни, вода казалась прозрачно-голубой. Зрелище было просто завораживающим, но Мила предпочла смотреть на звезды.
— Звезды — вечная тема. Они так далеко, но кажется, что, лишь подняв руку, их можно коснуться. Жаль, что с рассветом они угасают. Будто звёзды отдают свой свет солнцу, а ночью всё снова меняется.
Повернув голову в сторону девушки, я видела, как, привычный для неё, зелёный цвет глаз стал ещё более зеленым. Она легла на холодный камень и подняла руки в небо, будто хватая звёзды. Когда я повторила её действия, у меня сложилось впечатление, будто я касаюсь их — рукам было тепло.
С каждой минутой звезды всё больше отдалялись и медленно угасали. Оттого и грустно: прекрасное не вечно. Чем светлее всё становилось, тем хуже были видны небесные огоньки. В начале зимы лежать на камне возле моря, — весьма глупое решение. Мы, подростки, всегда выбираем глупость, потому что разумно мыслить — это для взрослых, и занимает время.
Поднявшись следом за Милой, я пошла вдоль берега, закрыв глаза и медленно перебирая ногами. Интересно, Йен и Габри заметили наш уход? Они были так увлечены разговором, что стало казаться, им плевать на окружение. Вообще, странно, что такие не похожие люди дружат. Странно, что и я с Милой и Йеном дружу. Дружба — это что-то тёплое, это когда два или несколько людей соглашаются греть друг друга словами, действиями, просто объятиями. Странно ещё и то, что у меня есть такие люди.
Открыв глаза, я увидела, как первые лучи солнца освещали городок. Здесь было потрясающе! Я никогда не думала, что буду путешествовать, что буду в таких прекрасных местах, в моих мечтах.
Стало казаться, что теперь мой вечный вопрос будет звучать так: «Что же будет дальше?» Отчасти мне это нравится, но я ужасно боюсь неизвестного, надеюсь избавиться от этого чувства. Страх перемен воспитали во мне родители. Я слушала каждое их слово — их страхи стали моими страхами. Вот, какое у меня наследство. Но это не моё клеймо: от наследства можно избавиться.
Вскоре солнце стало не просто светить, но и согревать, прямо как дружба. Развернувшись, я увидела шедшую за мной Милу — её белые волосы развевались из-за сильного ветра, и, когда она тоже обернулась, начали лезть в лицо — именно поэтому я свои закалываю. Никогда не понимала, как можно большую часть жизни жить с распущенными волосами, ведь это ужасно неудобно. При просмотре фильмов я всегда зацикливалась на том, что у героини волосы лезут в лицо, особенно в экшене. Ничего же не видно, и почему они всегда чистые?
На обратном пути я валилась с ног, и было желание уснуть прямо на мокром песке. Прозвучит немного странно, но это первый раз, когда я была на море. Я бы насладилась этим, но надоедливое желание спать, прямо, как и волосы, которые лезут в лицо, мешает.
При свете солнца я смогла получше разглядеть дом — на фоне рядом стоящих домов он был самым опрятным: Гэбби и вправду очень его любит. Одна половина дома была очень ярко разрисована непонятными рисунками и нечитаемыми словами, а вторая — просто залакирована, при этом, линия между рисунками на стыках была почти идеально ровной. Как выяснилось, когда мы появились в доме, нашему отсутствию и вправду не придали особого значения. Не протянув больше, мы с Милой упали спать.
Глава 21
Следующие несколько дней прошли очень странно. Было чувство, что часы переросли в минуты, и те проходили с ощущением, будто их и не было. В последнее время моя жизнь превратилась во что-то, похожее на фильм с жанром экшн, потому в такие спокойные дни меня преследует очень противоречивое чувство, что я не живу, словно мне скучно. Не знаю, как реагировать на это, но что-то внутри меня ругается. Хотя, может быть, опасность прививает привыкание, и поэтому мне сложно отказаться от этой привычки. Глупо! В эти дни я счастлива, а всё, что было раньше, не заслуживает даже зваться ужасным, ибо намного хуже.