Дверь открывается, и, привыкнув к свету только через полминуты, вижу каменное лицо Сэйдана. Он не смотрит на меня, он увидел что-то интересное, максимум захватывающее за моей спиной. Обернувшись, я отскакиваю, а из моей груди вырывается непонятный булькающий звук. Это... Это... Это Йери. Мертвая Йери.
— Чт... — заикаюсь я, — что делать?
— Ничего не делать, — говорит Сэйдан, а когда я смотрю на него, он опускает взгляд на мои руки и комбинезон. — Тебе стоит избавиться от крови, прежде чем кто-то ее увидел. Узнав о смерти этой девушки, многие могут подумать на тебя.
Я снова перевожу взгляд на девушку. Комбинезон разорван, мне видны полосы, оставленные чем-то острым на ее коже, и дырку в голове, сделанную, если судить по виду, каким-то тупым предметом. Кто это сделал? Скейт? Это значило его «привет от Йери»? Я всхлипываю и зажимаю окровавленной рукой рот. На мне ее кровь, я провела с ее трупом немало времени. Я пела ее трупу.
Мне срочно нужно исчезнуть, спрятаться, скрыться, умереть хотя бы на пять минут. Развернувшись, бегу прочь, слыша как за мной бежит Сэйдан и выкрикивает мое имя. Драгон! О, бедный Драгон. Что же делать? Как все исправить? Труп не вернешь к жизни, такое невозможно исправить. Хочется провалиться. Господи, как сильно хочется провалиться. Терзающее, выворачивающее наизнанку чувство, пожалуй, самое худшее, что можно испытать. Словно внутри тебя кто-то скребет когтями. Я продолжаю зажимать рукой рот. Продолжаю всхлипывать, пробегаю мимо заключенных. Я не могу посмотреть на них, не могу посмотреть, чтобы узнать, смотрит ли кто-нибудь на меня. Я просто бегу мимо холла, коридоров и клеток. Бегу прямо в душ, а когда забегаю в кабинку, слышу хлопок двери и тяжелое мужское дыхание. Открыв кабинку, Сэйдан залезает внутрь.
— Тебе нужно искупаться, — мягко говорит он, присев передо мной на корточки.
Когда в жизни происходит что-то плохое, ты перестаешь стесняться просить о помощи, и мне не стыдно, когда я сиплым голосом спрашиваю:
— Ты поможешь мне?
Взгляд Сэйдана опускается на мои руки, и он кивает, увидев, как они дрожат. Я просто не в состоянии управлять своим телом прямо сейчас, но мне необходимо избавиться от крови.
— Где твоя спальная одежда?
— Шорты лежат на столе, а... белье, под ними, — отвечаю я, запнувшись, протягивая ему ключ от своей клетки.
Когда Сэйдан уходит, перед моими глазами встает образ Йери. Я зажмуриваю глаза подушечками ладоней так сильно, что когда распахиваю их, вижу черные пятна. Мои мысли постоянно возвращаются к Драгону. Что же с ним будет? Бедный, бедный Драгон! Он не заслуживает такой новости, никто не заслуживает. Но еще больше я боюсь, что он выкинет что-то подобное, как тот парень за своего брата. Я не хочу видеть, как дубинка касается головы Драгона, не хочу видеть, как по его волосам и лицу, медленно опускаясь на пол, течет кровь. Я не хочу ничего видеть. Ничего! Ничего! Ничего!
У меня начинается истерика. Я не плачу, а просто скулю. Вернувшийся Сэйдан ничего не говорит по этому поводу, подняв меня и расстегивая комбинезон. Когда на мне остаются только трусы и топ, он включает холодный душ, и я взвизгиваю, резко придя в себя.
Из груди вырываются хриплые вдохи, глаза неприятно щипет от попавшей воды.
— Дальше... дальше я сама, — кое-как выговариваю я. Кивнув, парень выходит из кабинки, но хлопок двери так и не слышится.
Когда я выхожу из душа, спокойная и собранная, будто ничего страшного не произошло, Сэйдан ждет меня, сидя на столике рядом с раковиной. Он смотрит на меня, на лице не видно ни одной эмоции, и если бы ни его помощь, я бы подумала, что парень вообще ничего никогда не чувствует.
Спрыгнув, он подходит ко мне и забирает грязные вещи из моих рук.
— Тебе надо отдохнуть, а я пока постираю это все, — говорит Сэйдан.
— Ты не обязан делать это, — со слабым протестом произношу я, так же слабо пытаясь забрать одежду.
Вместо того, чтобы отдать ее мне, он кладет свою свободную руку мне на талию и выводит из душа. Когда мы проходим мимо некоторых заключенных, кто-то из них с интересом опускают взгляд на руку парня. Мне становится неловко, но я не пытаюсь отойти или просто убрать руку. Несмотря на то, что мне удалось успокоиться, я все еще нуждаюсь в поддержке, и плевать кто что подумает.
Усадив меня на кровать, он подходит к раковине и, включив воду, начинает стирать вещи. Раковина слишком маленькая для комбинезона, однако ловкие пальцы Сэйдана справляются с этим всем на отлично, обрушив на пол совсем мизерное количество капель.