Неделя, лучшая из всего моего заточения, пролетела незаметно. Разговоры с Гаудией и Кловесом начинались с раннего утра и заканчивались глубокой ночью, моему воодушевлению от рассказов про город и особенности жизни в Академии не было пределов. С удивлением я подмечала, что как две заправские подруги, мы с Гаудией не можем насытиться этими немногочисленными днями, оставшимися до отъезда, словно и не было между нами язвительных замечаний. Напряжение смыло невидимой волной. Мы хохотали без ложной скромности, веселясь над курьезами, которыми полна жизнь молодых студентов и заставляя Клозель недовольно поджимать губы, а мистера Стена нервно вздыхать (а также втайне перетирали кости нелюдимому жениху и я надеялась, что его не раз пробрала икота).
С Кловесом мы раз за разом перебирали собранные материалы, подмечая все новые волнующие истинно научный разум (по общему согласию имевшийся у меня) детали, я подготовила очередную записку для моего профессора. Предельно вежливый мистер Смит, излучающая строгость Клозель, которую я с радушием готова была отпустить в новую жизнь, и воодушевленные близнецы планировали покинуть поместье одним кортежем.
Я без зазрения совести посещала Лабораторию, которая теперь всегда была открыта — подозреваю, после моего ночного вторжения со взломом замка, хозяин дома предусмотрительно решил не подвергать дверь лишнему риску. С осторожностью и трепетом я перебирала минералы, охая и удивляясь, стоило обнаружить весьма редкие и малодоступные вещества. С упоением смешивала в колбах знакомые растворы, которые в нашей лаборатории Изыскария были в дефиците. Оседавшие хлопья, меняющие цвета и пенящиеся жидкости странным образом успокаивали меня, словно возвращая в прошлую жизнь.
К концу недели я так разошлась, что в попытке обрадовать Гаудию сверхстойким кислотно-розовым покрытием для ногтей, совершенно незначительно перепутала дозировку закрепителя, в результате чего замес полыхнул синим пламенем, неприлично быстро вспенился и, оттеснив тяжелую крышку, прорвался на стол, источая резковатый запах.
По обыкновению, непременно приключавшемуся в стенах лесного поместья, (а также благодаря вырвавшемуся в общий зал «благоуханию») в момент моего конфуза в лабораторию ворвался перепуганный хозяин дома. Бегло осмотрев меня и, очевидно, нашептывая не предназначенные для ушей дам ругательства, он все-таки бросился спасать установки, норовящие вот-вот быть испоганенными ярко-розовым потоком.
- Что здесь происходит? – завопил Ратмир, с некоторой долей брезгливости взирающий на модный по уверениям Джит оттенок, окрасивший добрую половину опытного стола.
- Простите! – испуганно подпрыгнула я. – Мой дед Гарольд без сомнения компенсирует порчу мебели, если Вы разрешите навестить его визитом, я уговорю его оборудовать лабораторию дополнительными гарнитурами… все ради обучения! – с затаенной надеждой я посмотрела на мужчину.
- Не похоже, чтобы учение пошло тебе впрок… - проворчал недовольный жених, с завидным проворством сдвигая колбы.
- Согласна, - радостно закивала я. – Мне еще нужно доучиться. Год. А лучше пять. Впрочем, опыт и практика тоже не помешают. А это еще семь.
- Практика бы тебе действительно не помешала… – согласился жених, глядя на меня внезапно странным и тяжелым взглядом, отчего мои щеки вспыхнули. Однако момент спасения аппаратуры был упущен и в следующую секунду розовая булькающая пена вероломно настигла длинные пальцы жениха, бережно сжимающие установку.
- Что за… - зашипел тиран, вмиг подпрыгнув и едва не перевернув набор колб.
- Несчастье какое!.. – закивала я, наблюдая, как жених судорожно пытается оттереть горячую жидкую краску лабораторной тряпкой, забыв про спасение имущества. С горем пополам у него это вышло, однако отвороты рубашки и кожа на руках оказались окончательно загажены модным оттенком.
- Можно кислотой снять… - предложила я.
- Не надо! – снова взвился Ратмир, показывая излишнюю нервозность.
К нашей радости, поток перестал извергаться из колбы и завершился небольшой лужицей на полу. Я с сожалением посмотрела на результаты своих стараний. Впрочем, судя по тому, как быстро розовый цвет закрепился на женихе, раствор в итоге получился неплохим. Полулитровой бутыли Гаудии надолго хватит.
- На конюшне имеется прекрасный очищающий порошок, - я с сомнением поглядела на изящные пальцы жениха и добавила: - Абразивный.