Гууу. Ка-я. Ки-ко. Гууу. Ка-я. Ки-ко.
Фигуры вокруг костра выгибались в разнообразных позах, резко дергались и скалили рты, падали на землю, поднимая пыль, и снова подпрыгивали, прокручиваясь через себя, играли мускулами, словно показывая какой-то древний, только им ведомый танец. Жаркий огонь и сухая земля, безудержная животная стихия и ясный разум одновременно, хаотичные всполохи огня и низкие звуки, вибрирующие глубоко внутри. Завораживающие настолько, что я наблюдала за ними с изумлением, смешанным с восхищением, и застыла с выражением простушки, впервые попавшей в цирк. Но это было отнюдь не искусственное представление… Это была другая планета, свежая, разумная и совсем неизведанная нами. Первобытное общество, дикие танцы, новая раса полулюдей-полуволков... то, о чем мечтает любой ученый-исследователь! Невероятно до головокружения и почти что до обморока, в который так и норовило свалиться мое ошеломленное сознание!
Однако, как только мы ступили в ярко-освещенный круг, дикие пляски моментально закончились. Пригнувшись и пятясь задом, склонив головы, танцоры быстро разбежались по сторонам. Я оглянулась. В стороне от костра несколько волтов, одетых в разукрашенные шкуры с рогами на голове, выбивали звуки из диковинных музыкальных инструментов. Нечто похожее на барабаны, неправильной формы. И большой рог со сверкающим металлическим узором.
Вот в него-то и подул разодетый в меха волт (будто своей шкуры ему было недостаточно), издав длинный, протяжный звук. А потом зазвучала барабанная дробь.
Бум-бурум! Бум-Бурум!
Все существа повернули головы в наши стороны. Я еще раз осмотрелась, отмечая, что за пределами ярко освещенного круга собралась, пожалуй, вся деревня. Женщины-волты отличались более мелким и округлым телосложением, а также грудью, двумя рядами опускающуюся вплоть до набедренной повязки. Забавные, пушистые дети прятались за их ноги и выглядывали любопытными бусинками глаз, раскрыв рты, как и я. Носики-пятачки смешно подергивались, улавливая незнакомые запахи. Я принюхалась и тоже ощутила новый для себя запах. Не псина… но и не человек. Резковатое, терпкое, новое... цепляющее ощущение. Н-да, вино или барабаны туманили мой разум, я уже была готова породниться с милыми собач… волтами.
По большому периметру просматривались землянки — небольшие, покатые, будто сказочные домики, они были вписаны в основания деревьев. Деревья словно растекались ближе к земле, раздвигая стенки стволов, образуя углубление, внутри которых вмещались небольшие домики, выступающие передней частью наружу. Покрытые мхами крыши и стены довершали картину абсолютной лесной гармонии, в которой землянки совершенно не бросались в глаза. Я оценила численность скопившихся вокруг жителей в несколько десятков, а может, в сотню. Небольшое поселение. Племя и есть.
Среди стоящих вокруг волтов я заметила Белого с Бородой. Они сосредоточенно двигались нам навстречу, Борода махнул рукой, и Ратмир спешился, подал мне руку и снял с лошади, аккуратно поставив рядом с собой и придержав за талию. Признаться, его рука как нельзя кстати внушала мне уверенность в себе в этом совершенно незнакомом мире. Несколько мгновений все рассматривали друг друга в полной тишине, атмосфера наполнилась пристальным вниманием. Изучали, по всей видимости, меня. Я тоже всмотрелась в ряды желтоватых глаз, направленных в нашу сторону. В них скользило любопытство, но лишь на поверхности. А потом… мелькнуло нечто волнующее, зовущее за собой, просящее. Надежда!.. — вспыхнула слово в моей голове. Глядя на нас, они надеялись… На что? — эхом пронеслись мысли. Что я могу сделать… для них? Я даже думать перестала, какой бы артефакт прихватить из деревни, чтобы показать профессору. Жутко не хватало карандаша и блокнота – мне не терпелось зарисовать увиденное.
Затем Белый приложил руки ко рту и сказал как в рупор нечто на непонятном языке:
- Йеетхет, тха тсун!
- Он говорит, сейчас мы пройдем три круга вокруг огня! Тем самым закольцуем наши жизни и судьбу друг на друга! — пояснил Ратмир, а я лишь рассеянно похлопала глазами.
- Куда уж больше кольцевать?.. – едва слышно проворчала я.