И теперь глядя в глаза мужа, я ощутила весь тот каскад чувств, из которого не могла выбраться безболезненно. Я выкорчевала свою и заодно и его душу, заколотила глухими ставнями собственные желания. Прости. Только и хотела сказать я. Все кончилось бесславно, никто не выиграл от сложившейся ситуации. Я глядела на него и понимала, что наши пути не могли не пересечься. Он снова притянул меня. Никуда я не делась и ничего не изменилось, за исключением видимости прошедших лет. Я была все той же Илен.
Хрупкой, ранимой, и беззащитной. И этот взгляд, полный отчаяния и надежды, одновременно соединял и разъединял нас. Потому что мы оба понимали, что так как раньше — не будет. Мы были одинаковыми и разными одновременно, время все-таки наложило свою незримую твердую печать, и что-то поменялось во мне. У меня было новое имя, новое тело и старая обглоданная душа.
Мы смотрели друг на друга, внутренний жар бежал внутри меня не хуже реального огня, добираясь до кончиков пальцев, щек и глаз, моментально наполнившихся слезами. Как же глупо, хотелось сказать мне. И как восхитительно. Словно прощальный взгляд той Илен, которой больше не будет никогда. Но и Алёны которую я знала, тоже не останется. То, что я поняла и прочувствовала полностью изменило мою суть, разбило, разобрало меня на части. Слишком сильными были эти эмоции... неподъемными для моей, наверное, еще незрелой души.
Ратмир перевел взгляд наверх, и я увидела Мартимуса, снявшего колпак и удирающего прочь по балкону под потолком. Муж немедленно бросился следом на лестницу. Большой волт, в котором я узнала Клята, подскочил ко мне, я не боялась, но вздрогнула, когда он перекусил веревку. Между тем, в церкви случилось непоправимое, кто-то толкнул факел и огонь быстро перекинулся на хворост и близлежащие доски. Все-таки, это была плохая идея, разжечь костер внутри старой деревянной постройки. Оранжевые языки тут же разбушевались, начиная отвоевывать себе все новые территории. Кто-то настойчиво подталкивал меня к выходу в начинающемся дымном хаосе и, обернувшись, я увидела Эста.
Ратмир же окончательно скрылся из вида, а мое сердце задрожало в предчувствии надвигающейся беды. Выход был расчищен от борцов за чистоту душ, я не видела только Мартимуса и своего мужа.
- Ратмир!!! — крикнула я отчаянно, но ответа не последовало. Сильная рука Эста настойчиво меня дергала, и я нехотя поддалась, т.к. едкая горечь горящего дерева ударила в нос, лишая возможности нормально дышать. Пространство слишком быстро заполнялось дымом. А болезненные воспоминания казни до сих пор теребили разум и душу.
Я выскочила на улицу, делая резкий глоток свежего воздуха, наполняясь живительным кислородом. Из глаз нещадно бежали слезы. Волты покинули церковь, и теперь я смогла разглядеть, что часть из них ранена и бережно поддерживается своими соплеменниками. Но Ратмира никак не было. С замиранием сердца я следила, как лапы огня дернулись сквозь открытые окна, норовя захватить внешние стены. Затем красные всполохи показались на кровле из деревянных черепиц. Внутри меня закрутился фонтан боли и опустошения. Я взвыла от бессилия, дергаясь в сторону церкви, но Эст удержал, сжав крепко губы.
- Слишком опасно.
- Но... но там Ратмир! — крикнула я в агонии. Эст поджался еще сильней.
- Я обещал ему позаботиться о тебе. Стой здесь, никуда не ходи!!! Ситуация выходит из-под контроля... — с этими словами он бросился внутрь полыхающего здания, прикрыв краем ткани лицо.
- Эст! — заорала я, не желая отправлять парня на явную гибель. Но... но вдруг Ратмир нуждается в помощи? Разум разрывался от противоречивых чувств. Прошло какое-то время, но из церкви никто не вышел. Зато полыхающая крыша с большим грохотом просела, а затем и рухнула вниз. Мог ли кто-то выжить в такой ловушке? Я завизжала от ужаса, стоя на поляне в окружении волтов. Страх и безумие заполнили мою душу до краев.
Когда Алёна заболела, я потерял покой. Я клял себя за то, что не смог сдержаться, вновь приблизил её к себе, притянул слишком близко, поддавшись порыву страсти. Я причинил боль, которую нельзя было стереться приторными извинениями. Я не дал ей время привыкнуть, торопился, подгоняемый болезнью волтов, и в этом была основная проблема. Мы проходили свадебные ритуалы слишком быстро и у девушки не было времени принять иное восприятие. Кровный договор, наша близость, круг огня. Слишком важные события менялись со стремительной скоростью, погружая её в наш мир. Результат один — обморок и ухудшение самочувствие до полного упадка сил.