Когда ранение у Артёма было залечено, я потратил порядка двух третей своего резерва, зато Артём остался полностью целым, с физической точки зрения и даже старые ранения типа шрамов на нём заросли. Я в синхронизации проследил а тем, что бы ритуал окончательно прекратил работу, после чего уже разорвал синхронизацию и поднял магнитными полями Артёма, левитировав того к кровати. Дав Алёне немного посидеть рядом с ним и послушать его ровное дыхание, благодаря чему успокоилась, поняв, что умирать он не собирается.
— Никита… ты знаешь, что нам делать? Ты можешь помочь… остановить всё это? — спросила она, кивнув на улицу, но я понял о чём она. Да и трудно не понять, учитывая, что именно оттуда я и пришёл.
— Я знаю только, что этот вирус имеет помимо всего прочего, магическую основу. То есть, не основу, но именно магическая часть делает его таким… какой он есть. Он появился несколько лет назад, но долгое время никак себя не проявлял, хотя стабильно создавал сильнейшие магические помехи на планете, не знаю, только, на всей ли. Разве что у крупных электростанций, линий электропередач и всех мест, где более сильное электромагнитное поле и напряжение электричества в округе вируса или вообще нет или его концентрация чрезвычайно мала. Потому я и предлагал переселиться в деревню к своей бабушке — там сильный электро-магический фон, благодаря которому вирус погибает и просто не может попасть внутрь, даже в людях этот вирус дохнет, но при этом люди его почти не чувствуют и со временем приспосабливаются и привыкают. Первые дни были головные боли, но зато потом у всех жителей появился эффект, как от нескольких чашек очень крепкого кофе. Там все жители деревни теперь намного здоровее и бодрее, меньше спят, больше бодрствуют, и это без урона здоровью. Происходит постоянная полу магическая стимуляция нервной и центральной нервной системы, а так же, слегка, стимуляция всех клеток организма. Короче, место помимо того, что защищает от вируса и, соответственно, заражённых, которые там просто очень быстро дохнут, но ещё и улучшает общее состояние человеческого организма. Этот фон формировался мной довольно долгое время и он постепенно растёт и сам, пусть и не особенно быстро, но сейчас там достаточно места для жизни нескольких тысяч человек. Вы же, увы, отказались.
— Прости… Артём и сам порывался туда переехать по твоему совету, говорил, что ты в этой хрени, что творится вокруг, разбираешься намного лучше и потому следует тебя слушать и прислушиваться, но… я заупрямилась и… я не хотела оставлять всё, что у меня было. Учёба, квартира, всё что у меня есть… не смотря на то, что творится вокруг, во всём мире, я до последнего цеплялась за это всё… а сегодня Артём… чуть не умер! И я тоже! Нас чуть не сожрали эти Больные. Заражённые. Я сегодня практически потеряла Артёма! Я такая дура-а-а… — начала лить слёзы Алёна после своей небольшой исповеди на эмоциях. Похоже, что пошёл отходняк.
Решив, что успокаивать и служить жилеткой для слёз для невесты своего лучшего друга не самая лучшая перспектива, хотя бы в плане того, что он может затаить обиду за такое, да и у меня своя девушка есть, я вынес решение — нехер Тёме дрыхнуть, пусть просыпается и успокаивает свою любимую. Это было не сложно — пустить в спящего уже обычным, пусть и очень крепким, сном Тёму слабенькую бодрящую молнию, из-за которой нервная система всего тела лавинообразно увеличила свою активность, а ЦНС так и вовсе, образно выражаясь, взорвалась от резко возросшей активности.
— А-А-А-А-А!!! — вскочил резко с кровати Артём, отчего даже Алёна плакать прекратила, а я, похоже, чутка перестарался.