— На помощь! — завопила Франсуаза не своим голосом. — Помогите! Стража! Помогите!
Женевьева, окаменев от страха, только стояла и нашептывала свои молитвы, не прекращая сжимать в пухлых руках фигурку пророка, а Франсуаза упорно держала дверь, страшась только одного — что та треснет раньше, чем подоспеет помощь.
Впрочем, гвардейцы не заставили себя ждать. Они ворвались в комнату почти сразу же, стоило фрейлине закричать.
— Прошу, помогите! Скорее! Нет сил держать! — кричала Франсуаза, когда по ту сторону двери чудовище изо всех сил врезалось в нее, и перепуганная девушка едва держалась на ногах.
Грубые руки господина Уни обхватили фрейлину поперек талии и оттащили в сторону, а три других гвардейца, наставив на в ту же секунду распахнувшуюся дверь алебарды, с отчаянным воплем бросились на монстра. Госпожа Леру не выдержала и зажмурилась, чувствуя как крепко ее держат надежные руки. Ее слух уловил истошный вопль, перемешанный со страшными чавкающими звуками, заставляя тут же зажать ладонями уши. Нет, она не должна этого слышать! Внутри все содрогалось от испуга и отвращения. К горлу подступила тошнота, ее била крупная дрожь. Очередной вопль заставил фрейлину вжаться в грудь гвардейца и всхлипнуть. А затем все неожиданно утихло.
— Госпожа Леру! — кричали над ухом. — Госпожа Леру, вы целы?!
Франсуаза едва смогла приоткрыть глаза, видя как по всей комнате заплясали темные пятна. Немного проморгавшись, она поняла, что осталась цела и невредима, а вокруг воцарилась долгожданная тишина. Отняв от ушей ладони, она внимательно всмотрелась в них, замечая крупную дрожь, а затем метнула обеспокоенный взгляд в сторону Женевьевы. Та приходила в себя на руках у одного из гвардейцев.
— Госпожа Леру… — звали уже с мольбой. — Прошу, ответьте…
— Господин Уни? — пролепетала девушка. — Ну конечно… Кого бы еще приставил Дамьен.
— Госпожа Леру, вы в порядке?
— Да, — незамедлительно ответила Франсуаза. — Что случилось? Как тут оказался вампир?
— Весь Боклер ими кишмя кишит, госпожа, — Фабрис помог фрейлине твердо встать на ноги и только после того, как убедился, что она в его помощи не нуждается, убрал руки. — Вам не по душе, что я вас охраняю? — внезапно спросил он.
— Не говорите глупостей, — отмахнулась фрейлина. — Но как они все появились в городе? — тут же спросила она, убирая с лица выпавшие из остатков прически пряди.
Гвардеец хмуро взглянул на нее, затем едва сдерживаясь чтобы не разразиться ругательствами, ответил:
— Некоторые поговаривают, мол, слышали, что это вампир натравил. Тот, чьими руками госпожа Сильвия-Анна убивала благородных рыцарей. Мести, должно быть, ищет. Скотина…
Франсуаза вздрогнула, но совсем не от беспардонного ругательства, которое позволил себе Фабрис, и обеспокоенно взглянула в распахнутые двери, что вели на балкон. Ветер легонько колыхал плотные шторы, а фрейлина принялась остервенело кусать нижнюю губу. Из вампиров она знала только Детлаффа, и ей совершенно не хотелось думать, что он мог быть к этим ужасам причастен. Натравить таких опасных тварей… В голове госпожи Леру это никак не укладывалось. Какой же это силой нужно обладать, чтобы контролировать подобных существ? Но если все-таки окажется, что господин ван дер Эретайн, который даже не сумел постоять за себя у чистильщика обуви, оказался причастен к этим зверствам, то Франсуаза, как минимум, хотела бы знать причину. Что же должно было произойти, чтобы он решился на такое?
***
Когда Регис прислал ворона с вестью о том, что ему с ведьмаком удалось добраться до Сианны, которая все это время была заточена в волшебном мире, Детлафф даже не знал, что и думать. Впрочем, как бы странно не звучало объяснение, он все равно верил другу и знал, что тот никогда не стал бы ему врать. По старой привычке заложив руки за спину, он принялся отсчитывать собственные шаги по двадцать в каждую сторону, чтобы хоть как-то отвлечься. Тогда, может быть, и время потечет быстрее. Но не успел он досчитать и до ста, как чуткое обоняние уловило знакомый запах лаванды. Да, это определенно была она — Сианна. Нет — его Ренаведд.