Ведьмак тяжело вздохнул, бросил на друга такой страдальческий взгляд, что тот не выдержал и громко рассмеялся. Но все равно ободряюще похлопал его по плечу, стараясь хоть как-то поднять ему настроение. Право слово, зачем грустить перед столь радостным событием?
В мраморной беседке, которую охраняли каменные ангелы, а по колоннам спускались золотые виноградные лозы, царила атмосфера совсем не торжественная. Даже несмотря на то, что все было устлано коврами, украшено вазами с белыми розами, а разряженные фрейлины, рыцари, графы и бароны стояли полукругом, занимая собой почти всю беседку, никакого чувства праздника не было и в помине. Да и как тут радоваться? Бесчисленные пострадавшие жаловались, что после событий прошлой ночи многого лишились, а смурные лица всех присутствующих вызывали у ведьмака скорее необъяснимое раздражение, нежели сопереживание. Единственным, кому он здесь сочувствовал, был капитан гвардейцев, который самозабвенно защищал город всю ночь напролет, не боясь при случае пожертвовать собственной жизнью. Так что сгоревшие бочки, испорченный виноградник, сломанные статуи и обваленные балюстрады не шли ни в какое сравнение с тем, что пережил этот отважный человек с горсткой гвардейцев, которых едва сумел сохранить. Непроизвольно скривившись, Геральт почувствовал, что на него пристально смотрят. Он перевел взгляд в сторону и заметил, что это была госпожа Вивиенна. Выглядела она гораздо приятнее, чем все остальные. Розовощекая, с привлекательным блеском в глазах. Как только она заметила внимание ведьмака, то незамедлительно кивнула ему, заставляя того сдержанно дернуть уголками губ в улыбке. Вот уж у кого стоит поучиться оптимизму. Подумав о том, что и ему такой навык не повредит, Геральт перевел взгляд в сторону княгини.
А когда последний проситель, наконец, ушел, даже Анна-Генриетта облегченно вздохнула, всплеснув руками.
— Дорогие мои! — воскликнула она, вмиг сменив настроение на более располагающее к основному событию. — Теперь перейдем к главному пункту. Из всех обязанностей, что были возложены на мои плечи как вашего правителя, эта мне милее всех. Достопочтенный Геральт из Ривии — прошу, подойди.
Ведьмак заметно стушевался, но, тем не менее, сложив руки перед собой, сделал несколько шагов вперед.
— Сейчас мы вручим наивысшую награду Туссента — орден Vitis Vinifera, — громогласно объявила княгиня, заставляя Геральта затаить дыхание.
Наверное, если бы он выпил стопку-другую, ему было бы проще пережить столь непростой момент. Обведя взглядом толпу, он едва сдержался, чтобы не скомпрометировать себя перед ее светлостью. Неожиданно ему захотелось крепко выругаться. И как назло, рядом не было Региса. Его поддержка, даже одно его присутствие было бы очень кстати. Как минимум ведьмаку удалось бы взять себя в руки, взглянув в привычно невозмутимое лицо своего друга.
Гвардеец, чье лицо было скрыто забралом шлема, поднес княгине подушечку с наградой, а Геральт зачем-то принялся разравнивать руками дублет на своей груди. Сейчас ему казалось, что для такого события он все еще выглядит недостаточно подобающе. Хотя по совету Региса он все же причесался и даже вычистил грязь и кровь из-под ногтей.
— Нашим соизволением, — начала свою речь Анна-Генриетта потянувшись за орденом унизанными перстнями тонкими пальчиками, — так будет отмечен ведьмак, кой по нашему приказу избавил Боклер от опаснейшей бестии.
Геральт и не заметил, как выпятил грудь, когда ее светлость удивительно ловко прикрепила блестящий, золотой орден с двумя скрещенными мечами и изукрашенным узорами щитом на его расшитый дублет. Все присутствующие разразились аплодисментами, и теперь ведьмаку, кажется, чуточку полегчало. Он неуклюже поклонился, некрасиво выставив ногу вперед. Так предписывал этикет, а Геральт, пусть и бродяга, некоторые его правила все же знал и соблюдал.
— Пусть этот символ напоминает всем, что отныне ведьмак — Геральт из Ривии — навсегда останется другом Боклера, — Анна-Генриетта подняла кубок в честь ведьмака и пригубила вина.
Геральт выпрямился, а княгиня, вернув гвардейцу кубок, сложила на подоле платья руки, склонив голову в легком поклоне.
— От себя лично хочу выразить тебе огромную благодарность, — уже на порядок тише заговорила она. — Дамьен вручит тебе оплату. Это ведь был твой заказ.
— Благодарю, ваша светлость, — едва подрагивающим от волнения голосом проворчал ведьмак, забирая у капитана гвардейцев мешочек с кронами.