— По моему скромному мнению, — внезапно заговорил Регис, — вы выглядите весьма…
— Замолчите! Ни слова больше! — выкрикнула что было сил девушка, тут же завыв от накатившей истерики. — Что со мной произошло?! Верните мне мою красоту! Ведьмак! — кричала она, в сердцах бросив зеркальце куда-то в сторону.
Оно жалобно звякнуло об пол и, кажется, разбилось. Вампир удрученно вздохнул и покачал головой.
— Не напрягайтесь так, госпожа Леру. Ваше тело еще не восстановилось, — невозмутимо заговорил Геральт, смотря прямо перед собой и совершенно не обращая внимание на заходившуюся в немой истерике фрейлину. — Вы стали жертвой обстоятельств. Просто жили с этим и не знали, в какой опасности находитесь. Но давайте я вам расскажу, как все обстояло на самом деле. С самого начала, если позволите.
Та громко всхлипнула, принявшись остервенело тереть дрожащими руками мокрые от слез щеки. Регис хотел протянуть ей небольшой отрез ткани вместо платка, но испугался, что это вызовет только новую вспышку гнева. Потому так и остался стоять, сминая в пальцах белую ткань.
— Когда-то давно, — снова заговорил ведьмак, — в Туссент приезжал чародей. Но не для любования красотами винного края. Нет. Ведомый жаждой наживы и славы, он взялся за весьма непростое задание. Решил, что сможет снять определенного рода проклятие с сестры покойной княгини, попытавшись отделить его от сущности княжны. Но, как оно часто бывает, когда переоценишь свои силы, что-то пошло не так. Что именно, я не знаю, но волею судеб случилось, что последствия его волшбы пришлось расхлебывать вам. Даже не так… — он тяжело вздохнул, упираясь локтями в колени и наклонившись вперед стараясь как можно аккуратней подбирать слова, — частица Сианны жила в вас все это время. Я не знаю, как этому умельцу удалось расколоть человеческую душу, и как один из осколков попал именно в вас, но… так сложились обстоятельства. Ваше сходство было удивительным, но в тоже время весьма пугающим.
Он мгновение помолчал, услышав как всхлипы Франсуазы стали тише, а затем продолжил:
— С одной стороны это проклятие подарило вам красоту, которой была наделена Сильвия-Анна, но была и другая сторона, — он повернулся в сторону фрейлины, что прижав дрожащие руки к груди внимательно его слушала, — ваша жизнь, госпожа Леру. Вы с Сианной были связаны. Болела она, значит болели и вы. Было грустной ей, вы тоже испытывали грусть. Веселилась она, и вам становилось радостно. Влюблялась она, и вы чувствовали определенные романтические настроения. А когда она умерла, то… Вы, несомненно, почувствовали эту смерть. Возможно, это действовало в обе стороны. Но наверняка нам уже не узнать. Признаться, — Геральт резко выпрямился, хмыкнув. — Мы с Регисом думали, что умри она, то умрете и вы. Но, как я и говорил, проклятия — весьма непредсказуемая вещь. Как бы то ни было, одна наша догадка подтвердилась — вы определенно ощутили смерть Сианны. Когда она упала без сознания, вы тоже оказались на пороге смерти. А затем вы впали в забытье: бред, лихорадка, конвульсии и боли. Нам чудом удалось вас спасти. Ваше тело ослабло, госпожа Леру. Вы больны, и я не могу гарантировать, что вы проживете долгую и счастливую жизнь. Может быть, вам осталось жить столько, сколько было предначертано Сильвии-Анне, а может, вы проживете и того меньше. Раньше я никогда не сталкивался с проклятиями такого рода, потому не могу дать вам однозначный ответ, и сужу исключительно из своего опыта.
Франсуаза молчала, а ведьмак все продолжал:
— Мой вам совет, госпожа Леру. Независимо от того, сколько вам осталось жить, постарайтесь прожить это время в свое удовольствие и с пользой для себя. Последуйте примеру госпожи де Табрис. Вам есть чему у нее поучиться. К тому же… — он невесело хмыкнул. — К тому же, разве важен был бы цвет ваших волос или форма губ, будь вы мертвы? Подумайте об этом. А теперь, я бы порекомендовал вам отдохнуть. Как уже сказал мой друг, вы все еще не восстановились.