***
В городе Тергано, что располагался в предгорьях Амелл и Тир Тохаир, уже который день лил дождь — обычное дело для начала зимы в этих краях. За столом небольшой таверны в самом центре столицы Маг Турги сидели двое. Один из них болтал без умолку, энергично размахивая руками и время от времени прикладываясь к полупустой кружке с вином, а второй, ссутулившись, внимательно рассматривал лежащий перед ним на столе портрет.
— … знаешь, за все то время, что мы с Геральтом боролись за ее жизнь, она все время звала тебя. Мы с ведьмаком это не обсуждали, но… Думается мне, что неспроста девушка в забытье шепчет имя мужчины. Признайся, друг, как давно ты положил глаз на нашу милейшую фрейлину?
Детлафф негромко хмыкнул, но взгляд от портрета не оторвал.
— Выглядит не очень, — заключил он. — Но заметно, что она уже почти набила руку. Как считаешь?
Регис уложил руки на стол и склонился пониже, внимательно рассматривая кривоватого перевернутого вверх ногами мужчину, что лишь отдаленно напоминал его собрата.
— Хм… — старый вампир, задумчиво склонил голову в сторону. — А мне нравится. Есть в этом некая… подлинность, аутентичность. Знаешь, такое сейчас очень любят. Времена, когда портретист намеренно приукрашивал свои портреты в угоду моде, уже давно прошли.
— По-твоему, я выгляжу вот так? — схватив измятый пергамент за край, вампир негодующе взглянул на друга, поднимая портрет вверх и пристраивая его рядом со своим лицом. — Ты уверен?
Регис не сдержался, громко рассмеявшись.
— Ну, определенное сходство есть, — отсмеявшись, ответил он, тут же приложившись к вину.
Детлафф грустно вздохнул, вернув шедевр на стол.
— Когда ты собираешься ее навестить? Уже Саовина в самом разгаре, — удивительно спокойно поинтересовался старый вампир у своего собрата.
Тот лишь неопределенно качнул головой и притянул к себе поближе кружку с вином, к которому так и не притронулся.
— Не знаю, нужен ли я там, где она.
— Знаешь, если бы прекрасная девушка прислала мне такой портрет, я бы уже мчался к ней хоть на край света.
Детлафф ничего не ответил, молча пригубив вина.
— Тебя что-то тревожит? — предположил Регис, внимательно всмотревшись в хмурое лицо друга и отставил в сторону кружку.
— Я — вампир, она — больная женщина, которая со дня на день может умереть. Какой во всем этом смысл? — нехотя проворчал Детлафф, полагая, что вообще незачем задавать эти вопросы, когда ответ на них так очевиден.
Регис тяжело вздохнул, откинувшись на спинку стула, и скрестил руки на груди. Он немного поразмыслил, пытаясь придумать, как бы ему донести свою мысль до упертого собрата, а затем негромко прочистил горло и заговорил как всегда: спокойно и с расстановкой:
— Я думал, что наше приключение в Туссенте тебя кое-чему научило. Например, тому, что нужно быть счастливым здесь и сейчас. Или вот еще: не стоит брать на себя больше того, что тебе по силам. Скажи, тебе по силам сделать госпожу Леру бессмертной? Думаю, что нет. А себя человеком, чтобы всенепременно состариться и умереть с ней в один день? Вряд ли. Но ты можешь сделать ее чуточку счастливее, хоть жизнь у нее и быстротечна. Подумай, она ждет тебя, а ты все еще сидишь здесь, в Тергано и цедишь вино, страдая от каких-то своих предубеждений.
Детлафф нахмурился, бросив раздраженный взгляд на Региса. Но на того он не произвел совершенно никакого впечатления.
— И что, будешь сидеть с такой миной и стараться испепелить меня взглядом? Должен признаться тебе, мой друг, но я — высший вампир. А высших вампиров так просто не испепелить. Даже Вильгефорцу в свое время это не удалось.
— Нет, — проворчал в ответ Детлафф, вернув взгляд на неказистый портрет.
— Тогда, может быть, отправимся в Метинну? Признаюсь честно, я всегда хотел там побывать. Тем более, до нее рукой подать. Что нам стоит посетить… ну, например, Форгехам? Если, конечно, ты не хочешь отправиться в свою уютную сырую пещеру в горах Амелл и провести несколько сотен лет в забытьи, то… Конечно, я поддержу и такое твое решение. Но знаешь, друг, может быть нам стоит попутешествовать еще немного? — на последних словах Регис отсалютовал кружкой и осушил ее до дна, но лукавого взгляда с лица собеседника так и не убрал.