Негромкий стук в дверь привел его в себя.
— Я точно видел здесь человека! — шептал по ту сторону двери детский голос.
— Да что ты там видел? Закрыта мастерская, и уже давно! Ты погляди на бумажку.
— И что мне эта бумажка? Говорю же, я видел как в эту дверь заходил человек. К тому же, я своими глазами видел, как этот недотепа чистильщик, притаскивает сюда сапоги два раза в неделю.
— А если это не мастер? — послышался третий голос, более тонкий, чем два предыдущих. Наверное, говорила девочка.
— А кто тут еще может жить? Это же мастерская игрушек? Мастерская игрушек. Кроме мастера тут некому поселиться. Может, он вообще подпольно работает, чтобы этот гнус Понс его опять не выселил!
— Ладно, давай еще постучим. И если не откроют, тогда уйдем, — предложила девочка.
Снова раздался стук, теперь уже настойчивее. Детлафф немного помедлил, не зная, стоит ли открывать, но в конце концов решился. Он едва-едва приоткрыл дверь, оставив небольшую щелку, чтобы остаться в тени. Пожалуй, ему все же было любопытно.
Дети тут же умолки и уставились на два поблескивающих в темноте дома глáза. Самой смелой оказалась девочка. Она сделала шаг вперед и подняла над головой лысую одноглазую куклу с мягким тельцем, прикрытым неловко сшитым платьицем.
— Раньше тут чинили игрушки, — бойко начала она, хмуря светлые брови. — Вы чините игрушки?
— Чиню, — коротко ответил Детлафф, постаравшись смягчить тон, чтобы не распугать ребятню.
— Почините мою куклу, а еще солдатика. У него рука отпала, и мы не можем ее приделать обратно. Моя Жюли — настоящая принцесса, а солдат Рауля — рыцарь и ее возлюбленный. Нам надоело играть одноруким рыцарем и одноглазой принцессой!
— Никогда не встречал однорукого рыцаря или одноглазую принцессу, — неожиданно для себя заметил Детлафф.
— Вот именно! — воскликнула девочка, радуясь, что ее поняли. — Помогите нам, господин! А мы вам заплатим. У нас есть кроны и один флорен. А еще мы никому не расскажем, что вы здесь работаете. Честное слово!
— Откуда у вас деньги?
— Мы помогаем на винодельне, которую держат родители Рауля, — честно сказала девчушка. — А флорен мы нашли на улице, когда гуляли. Не знали, как поделить, и решили отдать в уплату.
— Вот, господин! Возьмите! Мы их честно заработали, не сомневайтесь! — мальчишка залез в карман ладно сидящих штанов и вынул оттуда несколько монет, которые по виду отличались разве что профилем на одной из сторон.
Детлафф окончательно растерялся и еще глубже ушел в тень, удивляясь своей внезапной отзывчивости. Но показаться детям он все еще не был готов.
— Положите на порог и уходите. Завтра утром найдете свои игрушки здесь же на крыльце. Ясно?
— Яснее ясного, господин! — затараторил второй мальчишка и стал аккуратно раскладывать свои сокровища на верхней ступеньке. — Я же говорил! Говорил, что он возьмется! — победоносно зашептал он.
Тихо закрыв за собой дверь, он прислонился к ней руками и прислушался. Дети все еще возились у крыльца, перешептывались, смеялись, и почему-то совсем не торопились уходить. Странно, что их принесло сюда в такую рань. Наверное, решили сбéгать тайком от родителей, чтобы те не отругали их за напрасно потраченные деньги. От этой мысли, вампир немного повеселел, размышляя, что человеческие дети почему-то гораздо более осторожны и разумны, чем многие взрослые. Как бы то ни было, но, по крайней мере, смог занять себя до вечера и даже немного заработать. День обещал пролететь незаметно: сначала в корчму с господином де ла Круа, потом прогулка по городу, а там и полночь скоро наступит, и он полетит во дворец на встречу, которую ждал особенно сильно.
***
Франсуаза Леру весь день была вялой, сонной и оттого необычно молчаливой. Женевьева удачно скрыла пудрой ее синяки под глазами, красиво причесала, но с тошнотой от съеденного среди ночи печенья ничего сделать не могла.
В этот раз покровительницей турнира княгиня выбрала Вивиенну де Табрис, а Франсуазе снова досталась организация игр. Большой день близился, а значит, улизнуть и незаметно прикорнуть в тени не выйдет. Не получится даже выкроить минутку посидеть в тишине. Ей предстояло переделать уйму дел: встретиться с виноделами и господином Бенуа, чтобы утвердить карту вин, проинспектировать садовников, убедиться, что лошадь — будущий единорог — не отравилась и не поранилась, пересчитать садовую мебель, убедиться, что свечей, которые поплывут по ночному озеру, хватает с избытком, и, наконец, устроить рыцарям-актерам настоящий экзамен на знание сценария. А вечером — самое страшное! — княгиня потребует отчета, и придется отвечать на ее каверзные вопросы. Эту часть девушка особенно не любила, хотя ей обычно удавалось выкрутиться, когда ее светлость спрашивала о том, чего не было в списках, или ссылалась на устные соглашения, о которых Франсуаза и слыхом не слыхивала.