— Вот, погляди в нижний левый угол. Что ты видишь?
Вампир наклонился поближе к стене и, сощурив глаза, очень внимательно всмотрелся. В углу, едва заметно из-за черных штрихов красовалась надпись, выведенная безупречным каллиграфическим почерком.
— Ренаведд, — полушепотом прочитал Регис.
— Именно! Ренаведд! — воскликнул ведьмак. — Вот только ни хрена это не Ренаведд.
— А кто же? — удивленно обернулся к нему вампир, но от портрета пока не отошел.
— Франсуаза Леру, — отчеканил Геральт и повернулся к вампиру, раздраженно цокнув языком. — Я вспомнил. Это фрейлина княгини — Франсуаза Леру. Мы встречались в саду, когда я выслеживал бестию и пытался спасти Мильтона.
— Это весьма необычно, — хмыкнул Регис, сделав еще один шаг и наклоняясь к портрету еще ближе, хотя казалось, что ближе уже невозможно и принялся с особой внимательностью рассматривать его. — Но тут ведь написано «Ренаведд». Да, точно… я определенно вижу это имя.
— В том-то и дело, Регис. Какого черта на портрете фрейлины написано имя возлюбленной твоего друга? — хмуро поинтересовался ведьмак.
— Возможно, ты обознался? — предположил вампир и отошел, наконец, от злосчастного лица на стене. — Возможно, Детлафф не изобразил ее достоверно? Они ведь давно не виделись.
— Нет, я не обознался, — он задумчиво пожевал нижнюю губу и постучал пальцами по предплечью. — Чертовщина какая-то…
— Я уверен, что этому есть адекватное объяснение, — заключил вампир и, выпрямившись, направился к столу, что интересовал его гораздо больше, чем пресловутый, пусть и весьма загадочный портрет. — Без твоего мистицизма.
Геральт за его спиной фыркнул, но от портрета отходить не спешил. Все это было очень странно. Безумная мысль о том, что Ренаведд — это и есть фрейлина, посетила его голову и засела в ней настолько плотно, что выкорчевать ее оттуда будет весьма непросто. В любом случае, разобраться с этим странным обстоятельством можно и позже. Сейчас лучше обыскать загадочное убежище вампира и найти хоть что-то, что сможет пролить свет на его поступки.
— Геральт! — вдруг громко окликнул его Регис. — Ты должен это увидеть!
Ведьмак торопливо подошел к столу, и невесело хмыкнув, осмотрел разбросанные по деревянной поверхности маленькие клочки бумаги. Он не знал, что удивило его больше: имена, написанные на них с местом, временем и условиями убийства или же то, что Детлафф по какой-то причине не избавился от них сразу после того как получил. Ну что же, заказ все продолжал обрастать странностями и неприятными подробностями, и нехорошее предчувствие продолжало глодать ведьмака изнутри.
— Это не почерк Детлаффа, — заметил Регис, осторожно перетасовав записки. — Я положительно уверен, что это не его почерк.
— Очень странные чернила, — пробормотал ведьмак, упираясь одной рукой в стол, а второй беря одну из карточек, поднося чуть ближе к свече. — Видишь цвет? Это киноварь. Редкая субстанция. Встречается больше в Назаире.
— Ничего необычного. Чернила мог привезти любой торговец, коих в Боклере предостаточно, а человек, писавший эти записки — купить их у него. Лучше погляди на это, — вампир указал острым ногтем на небольшое алое пятно на крае бумажки с фамилией Мильтона.
Геральт поднес ее к лицу, принюхался и хмыкнул.
— Это всего лишь вино. Ничего необычного, тем более для Боклера.
— Согласен, но лучше возьмем их все с собой. Вдруг это нам поможет найти их автора, — предложил Регис. — К тому же, это прямое доказательство того, что Детлафф убивает не по собственной воле. Кто-то направляет его, указывает цели и ставит временные рамки, как вот тут, — он указал пальцем на ту же записку с именем де Пейрак-Пейрана. — Следовательно, он является лишь чьим-то орудием.
— Мало кому хватит смелости заиметь такое опасное орудие как высший вампир, — искренне восхитился ведьмак, но записки со стола собрал.
Регис устало выдохнул и уперся обеими руками в деревянную поверхность стола, от чего тот тихонько скрипнул.
— Я не знаю, Геральт, но это… — он на мгновение осекся, замечая странный, измятый кусок пергамента, что торчал между двух сложенных друг на друге книг.