Недолго думая, вампир осторожно ухватился двумя пальцами за край и потянул пергамент на себя, придерживая второй рукой верхнюю книгу. Быстро пробежавшись глазами по содержимому, он едва сдержался, чтобы не разразиться бранью.
— Что это? — заинтересовался уже и ведьмак, выхватывая из рук вампира лист. — Детлафф ван дер Эретайн, ты не знаешь нас, но мы знаем тебя… Мы знаем, что ты могущественный вампир… Мы знаем о твоей слабости к женщине по имени Ренаведд… Она в наших руках и находится в темнице, кишащей крысами… Так… Это похоже на шантаж, — заключил Геральт, продолжая читать. — Мы сдерем с нее кожу заживо, если ты не сделаешь для нас кое-что. Отправляйся в Боклер и убей пять человек определенным образом. Мы укажем имена, время и место, и если ты не справишься, получишь свою женщину по частям. Надо же, кто-то, в самом деле, его шантажирует, — хмыкнул он, закончив с письмом. — И делает это весьма мастерски. Похитить возлюбленную вампира и тем самым взять его на сворку… Должен сказать, что кто попало на такое не пойдет.
— А что если… — Регис принялся выхаживать по комнате туда-сюда, задумчиво почесывая пальцами подбородок.
— Шантажист тоже вампир? — предположил Геральт, сложив письмо пополам.
— Именно, — он остановился и обреченно вздохнул. — Как все запутано…
— Твоя правда, дружище, — кивнул ведьмак, возвращаясь взглядом к портрету. — А с вот этим фактом, — он хмыкнул. — Становится еще запутанней.
Регис задумчиво уставился на портрет, не переставая тереть пальцами подбородок. Судя по его взгляду, он продумывал какой-то план, Геральт готов был голову прозакладывать, и он не смог сдержать усталый вздох.
— Только не говори, что хочешь меня еще во что-то втянуть!
— У меня есть идея, — ответил ему старый вампир. — Немного смелая, но за неимением лучшего… Что, если мы сами отыщем Ренаведд и лишим шантажиста его козыря?
— И как ты это себе представляешь? — скептически взглянул на него ведьмак. — Мы ведь даже приблизительно не знаем, где она может быть.
— Мы что-нибудь придумаем, я уверен, — весьма оптимистично заверил Регис. — Стоит только пораскинуть мозгами, благо ими нас боги не обделили.
— А что в это время будет делать Детлафф? Убивать очередную жертву?
— Нет. Я дождусь его здесь, и поговорю с ним. Объясню ему наш план, а ты пока отчитайся перед княгиней. Возможно, она сможет пролить свет на тайну этих записок… К тому же, капитан гвардейцев не так плох. Не исключено, что и ему придет в голову версия-другая, — ответил Регис, привычно уложив руку на ручку своей сумки.
— И он тебя послушает?
— Да, послушает.
Ведьмак вздохнул, на мгновение прикрыв глаза.
— Этот план шит белыми нитками и чертовски… странный, но… холера, — рыкнул Геральт, нахмурившись больше обычного. — Я ведь обещал тебе попробовать. Ладно. Сделаем, как ты предлагаешь, но знай, что я не верю в успех этой сомнительной идеи.
— Немного оптимизма, мой друг, тебе не помешает, — непринужденно улыбнулся Регис. — А теперь иди. Детлафф не должен тебя учуять, иначе он не вернется сюда больше, и тогда найти его снова будет гораздо труднее.
Геральт лишь кивнул, а затем торопливо вышел прочь из комнаты. В этом «плане», как назвал эту странную идею Регис, ему не нравилось решительно все. Но если благодаря именно этому безумству у них появится шанс сделать так, чтобы для всех все закончилось хорошо, то эти риски будут оправданы.
Если бы только удалось выбросить из головы этот треклятый портрет.
Часть 12. Рябь на воде
С самого утра Франсуаза не находила себе места. Ночью ей так и не удалось толком заснуть, и даже испытанное средство, состоящее из малины, сыра и бутылки Фьорано не пригасило нервного возбуждения. Свидание в «Фазанерии»! Настоящее свидание, а не какая-то случайная прогулка в кондитерскую. Девушка прикусила губу в предвкушении: они погуляют по живописной пристани, выпьют по бокалу вина, и она расспросит этого загадочного мужчину обо всем, что ей не дает покоя! Это было до того волнующе, что даже немного страшновато. Ее и вправду испугало, как легко она поддалась своему порыву, но желание снова увидеть таинственного господина ван дер Эретайна окрыляло.
Девушка взяла с каминной полки полупустой бокал и, аккуратно поднеся его к губам, осушила одним глотком. Пить теплое вино — моветон, особенно в Туссенте, но сейчас было можно. Предстоящая встреча тревожила ее, словно от нее зависела вся ее жизнь. Словно это было… свидание? От этого слова Франсуаза снова неловко повела плечами. Какая бессмыслица. Все же, вряд ли эту встречу можно назвать свиданием. Они и знакомы лишь каких-то несколько часов. Скорее, это будет просто дружеская встреча. Задумчиво поднеся бокал ко рту, девушка скривилась, обнаружив, что он пуст. Тихонько выругавшись, Франсуаза небрежно поставила его на край каминной полки, слишком громко звякнув хрустальной ножкой, и снова принялась расхаживать по комнате.